− Около полугода, − осторожно сказала она, не понимая паники Виктора. Хотя после её слов его чуть отпустило. Но он продолжил расспрашивать её уже совсем не деликатно:
− Ты не фиксировала изменений в своём женском цикле?
Гермиона покраснела. Разве можно задавать девушке такие вопросы?
− Гермиона, — очень терпеливо произнёс он, − это очень важно. У тебя не было нарушений в твоём лунном цикле? Не пропадали менструации? Игры со временем очень опасны, ты могла остаться бездетной, понимаешь?
Неверие отразилось в её глазах, но она задумалась, видимо что-то просчитывая.
− Нет, особых изменений не было. У меня поздно начались, − она замешкалась, − менструации. И цикл не успел установиться. Но в этом году всё в порядке. — К концу монолога она покраснела и опустила взгляд.
Виктор успокоился, выдохнул и отпустил её плечи.
− Слава Мерлину! Но в больницу я бы на твоём месте сходил. И что было потом?
А потом был побег из Азкабана опасного преступника, дементоры у школы, приступы Гарри, оборотень-профессор, анимаг, питомец Рона…
Виктор чувствовал себя охреневшим. Он присел на скамейку, а Миона ходила взад-вперёд, периодически заламывая руки. Действие зелья, которым она намазала волосы, стало сходить на нет, и часть кудряшек выбилась вокруг её лба и около ушей, делая девушку похожей на маленького барашка. Но информация, которую она выдавала, совсем не располагала к нежностям. Оборотень? Анимаг? Нет, волшебный мир никогда не походил на сказку, скорее на жуткую быль, но то, что рассказывала Гермиона, не укладывалось в голове.
А она всё говорила и говорила. Когда слова закончились, у Виктора на беседы тоже не было ни сил, ни желания. Он вообще слабо себе представлял, что с этим всем теперь делать. Хватило его лишь на то, чтобы встать и обнять девочку, которая так стойко держалась всё это время, не имея возможности попросить у кого-то защиты. И не зная, что так вообще можно и нужно было сделать. Он неумело гладил её по спине и по волосам, но мыслями был не здесь. Он всё пытался осознать всю глубину задницы, в которой невольно оказался, и как из неё выбираться вместе с этой умницей и Национальным достоянием магической Британии. Иначе никак. Иначе он не умеет. Виктор давно перестал быть Стивом, но бросить людей в беде до сих пор был не способен.
Так они и стояли, снег падал им на головы, он обнимал Гермиону, которая постепенно успокаивалась. Бал закончился, и студенты разбредались по своим спальням. Виктор тоже проводил свою даму до башни, на прощание аккуратно поцеловав в лоб. Это не было романтичным жестом, просто так нужно было, и казалось правильным. Гермиона в ответ быстро клюнула его в щеку и, зардевшись, быстро исчезла за портретом. А Виктор, сунув руки в карманы, побрёл сначала вниз по ступеням, а потом по снегу к кораблю. Его мысли были не здесь. Он думал, как бы так поаккуратнее написать отцу о том, что здесь творится, и какой совет лучше попросить у деда. А ещё оставалось одно незаконченное дело. Кое-кто скоро получит по наглой рыжей морде. Никому не позволено безнаказанно оскорблять его спутницу.
Второй тур
Второй тур подкрался незаметно. Совсем недавно они кружили в танце по украшенному залу, и многие его товарищи сорвали под омелой несколько случайных поцелуев, а через несколько дней им с другими Чемпионами погружаться в ледяные воды озера.
У Виктора было всё готово. Зелье, понижающее температуру тела он сварил, выпьет перед погружением. Частичную трансфигурацию освоил. Получилась та ещё образина, но для дела — самое оно. Видела новая голова в воде намного лучше, чем когда он был человеком и, обвешавшись Люмосами, нырял в негостеприимные воды. Крепление для палочки сконструировал набедренное на ремнях. Трансфигурации хватало минут на сорок пять, не час, конечно, но он не планировал торчать в озере дольше. Непонятно только, что именно у них должны были похитить русалки.
Виктор вытянулся на кровати, закинув руки за голову. Прошедшие несколько недель были очень насыщенными. Он натренировался в невербальной магии до чёрных мушек в глазах. Иначе колдовать под водой с башкой акулы на плечах не выйдет.
Списался с отцом и дедом, получив много ценных советов и ещё больше трындюлей. Но, что главное, никто не сказал ему не лезть в это дело. Прекрасно понимали — не тот характер. Оба пообещали кое-кому написать, поднять связи и постараться помочь. А перед Третьим туром приехать и лично обсудить с ним ситуацию. Строго-настрого запретив Виктору топиться во втором туре.
Его друзья тоже готовились. Поляков, например, гнал самогонку. В зельеварне был перегонный куб, у домовиков Хогвартса — сахар. А уж из чего гнать, Ваня нашёл. С лёгкой руки Рубероида у него даже появились кое-какие особенные травки, на которых он самогонку и настаивал. Того, что накроют — никто не боялся. Все были в доле. Сидеть на ледяных трибунах без горячительного никто не собирался.