А потом приехали и его родные: мама, отец, дед. Он и не думал, что так сильно соскучился. Мать он сгрёб в объятия и долго не отпускал. Отец и дед обняли его резко и коротко. Они много переписывались в последние месяцы, но ни одна переписка не заменит живого общения.
— Ну, показывай, что тут творится, — с усмешкой сказал дед.
И Виктор показал. Провёл экскурсию по замку, показал корабль, на котором после обновления старшие ещё не были. Мужчины одобрительно хохотнули, увидев русалку на носу, а также услышав историю про кальмара и блесну. Дед ржал, вытирая слёзы. Он, в отличие от матери, которая не одобряла подобные выходки, отлично помнил, как был молодым и что вытворял. В конце прогулки Виктор представил родителям своих новых знакомых: близнецов и Ли, Анжелину, Гермиону и Поттера, с которыми они уже были заочно знакомы по письмам. Девушек мама осматривала особенно пристально, чем немало смутила Грейнджер и повеселила Джонсон. Дед воспользовался моментом и, оставив мать пытать Гермиону, украл Виктора для приватного разговора. Виктор подобрался, вдохнул и пошёл следом.
***
— Значит так, Взрыв, — начал Данко, — Лабиринт сверху прикрыли, на метле не просматривается. Над ним туман-хуян или ещё какая срань. Стены построены из быстрорастущего кустарника, но Бомбарда его берёт, твоя особенно, — небрежно кивнул он.
— Ага, мы кусок отщипнули, вырастили на краю леса и проверили, — дополнил Ваня.
— Из тварей точно будут жопохвосты Рубероида, — подхватил Жук, — местные арахниды, но не самые крупные, мы видели, как их заводили.
— Ещё вот, — протянул Пятый невзрачный кулон Виктору, — это от нашего малефика привет тебе. Вчера прислал. Всякую срань вроде Империуса, конечно не перекроет, но большинство менталок предупредит. Говорят, в этот Лабиринт засунули несколько тварей, на мозг давящих, вроде боггартов, сфинксов и прочей бабуйни.
— Как работает? — спросил Крам, внимательно осматривая кулон.
— Греется. Должен обжигать при реальной опасности. Частично блокирует наваждение. Секунд на пять. Тебе хватит, чтобы взорвать. И ещё, — это от девочек, — и он протянул Виктору простой и неказистый Варган. Мало кто знал, что Ледяная дева — второй человек на курсе кроме Виктора, кто умеет вызывать Боевое безумие. Но она это делала при помощи старинного инструмента. Всего минута наигрывания мелодии в правильном ритме и можно войти в нужное состояние. Подарок был королевским. Жанна не распространялась, но все знали, что в родне у той шаманы из далёкой Якутии. Не зря так легко ей покоряется вода. Виктор присвистнул.
Подготовка шла полным ходом. Он был уверен, что, несмотря на все запреты, других Чемпионов готовят так же. Помогать запретили только преподавателям. Но никто не мешал в составе школ приезжать частным учителям. Никто не мешал писать родным и принимать помощь от соучеников. Лично Поттеру помогали Двое-из-ларца, несмотря на шалопаистость, парни были умнейшие. А Диггори, под предлогом походов в Хогсмид, ездил к родителям своей официальной девушки. Чанг, по слухам, не очень светлые товарищи, которые неофициально отвечали в Британии за ввоз контрабандных ингредиентов. Неизвестно, кто помогал Флёр, но она и сама по себе была с изюминкой.
Потому перед Лабиринтом Крам стоял подготовленный. Костюм с первого испытания, щит за спиной, ментальный амулет от Саака, шаманский инструмент покоился в нагрудном кармане. Виктор уже мысленно слышал его Зов. Совсем скоро он зазвучит, чтобы разбудить Воина. Инструмент словно радовался, и от этого было бы жутковато, если бы Виктор мог бояться. Верная палочка, наставления от деда, закопанные по периметру лабиринта ребятами подарочки, которые, возможно, удастся призвать при помощи Акцио.
Он глубоко вдохнул, медленно выдохнул и со свистком пружинистым шагом вошёл в Лабиринт.
Коммандос на минималках
Разом стихло всё. Внутри лабиринта не было слышно ни толпы на трибунах, ни голосов авроров-патрульных и организаторов. Перед Виктором возвышались живые зелёные стены, которые уходили вверх метра на четыре. Сразу от входа дорога разветвлялась на три коридора-прохода, каждый из которых был точно нашпигован всякой дрянью. Виктор прислушался: тишина. Хотя тишина неправдоподобная. Должны хотя бы листья кустарника шевелиться, но нет. Значит, заглушили колдовством. Что ж, выбор у него невелик. Он внезапно хохотнул: как в детской сказке — направо пойдешь — коня потеряешь, налево пойдешь — жизнь потеряешь, прямо пойдешь — счастье найдешь. Значит, решено — прямо!