— Не думаю, что у Мартемьяна иные планы, так что все будет, как ты и хотел…
— Нет, это же совсем никуда не годится! Не этого я хотел, слышишь? Не этого! Ну, ничего, он у меня еще попляшет!
— Саша! — в голосе императрицы явственно звякнул металл. — Ты ничего ему не сделаешь!
— Это еще почему? — напрягся Александр Николаевич, немного побаивавшийся этой интонации.
— Потому что Колычев, помимо всего прочего, знает способ, как увеличить процент прошедших инициацию. И ты не хуже меня знаешь, почему это важно для нас!
— Это точно? — недоверчиво посмотрел на жену царь.
— Совершенно!
— И почему мне до сих пор не доложили?
— Об этом пока знают только Марцева, Ермольева, Сутолмина и… я.
— Что же, — немного поразмыслив, решил император. — Пусть это и дальше будет тайной. По крайней мере — пока.
— С другой стороны, — решила сменить тактику Евгения Федоровна, — ты ведь все равно не остался внакладе.
— Что ты имеешь в виду? — заинтересовался супруг.
— Ну, ты же дал Колычеву место в Совете?
— На свою голову, — пробурчал царь.
— Но ведь глава «Объединенных заводов» и без того имеет право на представительство в этом органе. А так он получил его из твоих рук!
— Пожалуй, что и верно, — задумчиво согласился царь.
— Вот видишь, милый, твои планы увенчались полным успехом!
