— Откуда он у тебя?
— Горы. Н-но, пошла!
Телега, скрипнув, поползла дальше.
В Текуль транспорт прибыл уже в сумерках. Вместо добрейшего Золича-Феоба, раненых принимал незнакомый молодой лекарь, усталый и решительный.
— Здесь у нас кто?
— Капитан Магу, — представился Алекс.
Так и не пришедший в сознание лейтенант, естественно, промолчал.
— Та-ак.
Врач зарылся в какие-то свои бумаги.
— Вот, есть такой. Ранение левого бедра холодным оружием.
— Штыком.
Но лекаря такие подробности не интересовали. Откинув укрывавшую Алекса шинель, он принюхался к ране, затем тронул лоб капитана.
— Этого — к Сетниковой, лейтенанта в пятую палату.
И также решительно двинулся к следующей телеге. Санитары перегрузили лейтенанта на носилки и унесли в лазарет. Возница тронул лошадей, и те повлекли повозку с полкового двора.
— А что, в лазарете мест не хватает?
— Какое там! Только самых тяжелых в лазарет кладут, остальных по обывателям распихивают. Господ офицеров, обычно, к Сетниковой. Там чисто и кормят хорошо.
До заведения госпожи Сетниковой добрались, когда уже стемнело. На стук вышли сама хозяйка и медицинская сестра в сером платье с белым передником. Аврелия Архиловна признала Алекса с первого взгляда.
— Лейтенант Магу, вы ли это?! К нам-то какими судьбами? Мы слышали вы где-то в столице, чуть ли не в гвардии. Надеюсь, рана не очень серьезная?
Пришлось удовлетворять любопытство хозяйки пансиона прямо в процессе выгрузки из телеги.
— С вашего разрешения, Аврелия Архиловна, уже капитан. Как всякий честный офицер не мог не принять участия в нынешней кампании. А рана пустяковая, так, царапина, поэтому, долго у вас не задержусь.
Опираясь на возницу, капитан заскакал ко входу, хозяйка гостеприимно распахнула дверь. Сестра забрала из телеги ранец и шинель капитана. На этот раз Алексу досталась крохотная комнатка на первом этаже, зато на одного. При свете свечи, женщины раздели раненого офицера, уложили его в кровать и накрыли одеялом. Затем медсестра ушла, а Аврелия Архиловна буквально вцепилась в Алекса.
— В субботу будет баня, мы вас помоем. А теперь рассказывайте, рассказывайте капитан, я все хочу знать.
Допрос с пристрастием продолжался до поздней ночи. Зато хозяйка принесла пару свечей и бутылочку сливовой наливки из своих личных запасов, которую они прикончили на пару. Заодно Алекс попросил хозяйку с утра отбить телеграмму отцу.
С утра голова была свежей и ясной, никаких последствий вчерашней выпивки, но ощущалось серьезное давление внизу живота. Вчерашняя наливка настойчиво требовала выхода. Алекс огляделся в поисках колокольчика, чтобы кого-нибудь позвать, когда дверь отворилась сама. Вошла вчерашняя медсестра.
— Доброе утро, господин капитан.
— Капитан Магу, — представился Алекс. — Доброе утро, госпожа…
— Алисия, — подсказала девушка.
Вчера, в темноте он ее не разглядел. Она и в самом деле была совсем молоденькая, хотя обычно на такие места идут женщины постарше, чаще всего, вдовы. И ведь хорошенькая какая! В какой-то момент она даже напомнила Алексу недоброй памяти Гелену Кавелину. А девушка приступила к своим профессиональным обязанностям.
— Как вы себя чувствуете? Рана не беспокоит?
— Все в порядке, госпожа Алисия. Только мне бы…
Пока капитан соображал, как сообщить девушке о своей потребности, она догадалась сама. Нагнувшись, достала из-под кровати утку.
— Вот, возьмите. Я вернусь через десять минут.
И деликатно вышла из комнаты. Когда она вернулась, смущенный Алекс вручил ей посудину. Нет, с дядьками-санитарами было намного проще.
— Сейчас будет завтрак, потом вас осмотрит врач.
Когда она выходила, капитан невольно засмотрелся на покачивающиеся под бесформенным серым платьем бедра. И взгляд отвел, только когда дверь закрылась.
Завтрак принесла кухарка, хорошо помнившая молодого лейтенанта, жившего у них пару лет назад. Каша рисовая на молоке, яйцо вкрутую, белый хлеб, в фарфоровой чашке — черный чай, на блюдечке серебряная ложечка и пара кусочков сахара. Вкусно, но сейчас Алекс предпочел бы большой кусок сочной свинины с картошечкой и маринованными огурчиками. Спустя полчаса посуду унесли, а потом пришел обещанный врач, и началась настоящая пытка. Моральная и физическая.
— Возьмите в зубы.
Алексу всучили деревянную палку. Он с сомнением покрутил ее в руках.
— Зажми в зубах, а то язык откусишь.