— Слушаю, — чеканит он коротко, без тени улыбки.
Я сглатываю. Внутри всё сжимается от неловкости. Кажется, ещё секунда и он развернётся и уйдёт, даже не дослушав.
— Вы бы… Вы можете подсказать, где мне найти спортивного директора хоккейной команды «Метеор»? — выговариваю наконец, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Он молчит секунду, долгую, напряжённую. А потом неожиданно ухмыляется. Не язвительно, нет, а скорее по‑доброму.
— Могу. Но ещё могу показать. Я как раз к нему иду. — Я выдыхаю. Облегчение накрывает волной. Я невольно улыбаюсь.
— О, это здорово. Спасибо.
— Тебя как зовут? — спрашивает он вдруг.
— Рита, — тихо отвечаю я.
— А я Гордей. — Он протягивает руку. Я коротко пожимаю её, она твёрдая, тёплая. — Пошли, Рита. — Он кивает в сторону лестницы.
Мы идём молча, поднимаемся на какой‑то этаж, и меня снова начинает колотить от волнения. Ладони потеют, в горле ком, а мысли путаются в один сплошной клубок.
Гордей уверенно стучит в дверь, на которой чётко выведено: «Спортивный директор хоккейной команды „Метеор“ Володин Георгий Дмитриевич».
— Георгий Дмитриевич, можно? — приоткрывает дверь и заглядывает внутрь Гордей.
— О, Самохин! Какими судьбами? Проходи, — раздаётся изнутри.
Гордей кивает и машет мне рукой мол, заходи. Я переступаю порог, останавливаюсь у двери. Директор бросает на меня мимолетный взгляд, но тут же вновь сосредотачивается на Гордее.
— Я вам тут бумажку принёс, как вы и просили. Что‑то ещё нужно?
— Нет, можешь быть свободен, — отвечает директор, не отрываясь от бумаг. Гордей уже делает шаг к выходу, но Володин вдруг добавляет: — Самохин, девушку не забудь забрать.
— Так она не со мной, — спокойно отзывается Гордей, даже не оборачиваясь. — Она к вам шла.
Директор вскидывает глаза, явно озадаченный. Брови ползут вверх, в взгляде чистое недоумение.
— Не понял, — хмурится он, переводя взгляд с Гордея на меня и обратно.
— Я Маргарита Симонова, вы мне звонили.
— А, точно! — Он встаёт, делает шаг ко мне, затем бросает взгляд за мою спину. — Самохин, ты ещё здесь?
— Уже ухожу, — с улыбкой отзывается Гордей, подмигивает мне и выходит, аккуратно прикрыв за собой дверь.
— Здравствуйте, Маргарита. Я Георгий Дмитриевич, — он протягивает руку, я отвечаю на рукопожатие. Движением ладони указывает на кресло напротив стола. — Присаживайтесь. Может, чай или кофе?
— Нет, спасибо.
— Итак, к делу. Маргарита, нам понравилась ваша анкета, ваша визитка. Мы решили, что вы нам подходите. У нас команда молодая, мы новички в этом сезоне КХЛ, поэтому ищем энергичных, инициативных людей, которые готовы вкладываться в общее дело.
Он ненадолго замолкает, словно давая мне осмыслить сказанное, затем продолжает:
— Нам нужен специалист по связям с общественностью, который сможет выстроить диалог с болельщиками, работать со СМИ, продумывать креативные активности. Судя по вашему портфолио, вы как раз из таких.
Я киваю, стараясь унять внутреннюю дрожь. Слова звучат обнадёживающе, но я всё ещё не верю до конца.
Мы разговариваем около получаса. Георгий Дмитриевич задаёт вопросы о моём опыте, планах, видении работы. Я отвечаю, постепенно расслабляясь и чувствуя, как волнение сменяется азартом. Обсуждаем график, обязанности, возможные проекты. Он рассказывает о команде, её амбициях, ближайших матчах.
Концепция действительно проста, и от этого ещё приятнее. Я представляю, как будет выглядеть проект, и внутри разгорается интерес.
Сначала необходимо создать сайт и страничку в соцсетях. Это база.
А потом... веду блог о жизни хоккеистов: не только тренировки и матчи, но и будни, привычки, смешные истории из раздевалки. Снимаю динамичные шортсы — короткие, цепляющие, с изюминкой, чтобы зритель не успел отвлечься. Пишу онлайн‑обзоры матчей: ёмко, с аналитикой и долей эмоций. Делаю анкеты игроков, где каждая со своим характером, с фото, фактами, цитатами.
Мне нравятся идеи Георгия Дмитриевича. Он видит масштаб, но при этом не давит шаблонами, даёт пространство для творчества. А учитывая, что я неплохо фотографирую и снимаю, техническая часть не пугает. Кадр, свет, ракурс, тут я в своей стихии.
Одна проблема: сайт. Верстка, функционал, дизайн — это не моя зона комфорта. Единственный человек, кто мог бы мне помочь, — Ева. Но она… Сейчас не до сайтов. Не до меня. Не до всего этого.