Колчак замерзал в сорокаградусные морозы, спасался от цинги и снежной слепоты, зимовал на льдине, чуть не погиб в схватке с белым медведем, освоил науку управления собачей упряжкой и написал ряд научных статей. За полярную экспедицию его наградили четвертым Владимиром и избрали действующим членом Русского географического общества. Через год ему вручили высшую награду общества — Константиновскую медаль.
Много всего было пережито в те годы, но временно перейдя на гражданскую службу он так и остался лейтенантом. Сейчас, когда началась война с Японией, долг и честь вновь позвали его обратно на военный флот.
Колчак долго рассказывал Храброву о своей прошлой жизни, по возможности стараясь показать, что ничего особенного в ней не было, он служил, как и все, не хуже и не лучше. Люди делали свое дело, а он просто старался внести в него свою лепту. Удивительно было другое, то, что капитан так внимательно слушал подобные малозначительные детали.
— Недурственно вас успела судьба помотать, — наконец резюмировал Храбров. — А как здоровье?
— Полный порядок! — браво ответил Колчак, хотя скверные северные широты не могли не оставить на нем своих следов.
— Неужели? — капитан одарил его ироничным взглядом. — Впрочем, здоровье вторично, главное — дух. У вас, как я вижу, с ним полный порядок. Вы мне понравились, господин лейтенант. Я беру вас к себе.
— Благодарю, господин капитан первого ранга! Обещаю, что никогда вас не подведу, — от неожиданности и волнения Колчак вскочил на ноги. Он уже думал, что ему откажут, а весь этот длинный разговор и вежливые вопросы призваны смягчить последствия. А все вышло иначе, и от радости он был готов чуть ли не в пляс пуститься.
— Мне нужны толковые офицеры, а на крейсере есть одно штатное место. Оно словно специально вас дожидалось. К сожалению, боевые должности в настоящий момент заняты, так что я предлагаю вам пост вахтенного начальника. На ваш счет у меня есть и другие планы, но о них поговорим позже. Что скажете?
— Скажу, что меня все устраивает, — твердо ответил лейтенант, хотя в душе рассчитывал на боевое место. Вахтенный начальник возглавлял вахтенную службу на корабле, на эту должность назначали офицера в чине лейтенанта и выше. На нем лежала ответственность за безопасность корабля в плавании, за чёткое и точное выполнение приказаний капитана и старшего офицера. Ему подчинялись вахтенные офицеры, нижние чины и судовой караул. Это была ответственная должность, но не непосредственно боевая, как, к примеру, минного, торпедного или артиллерийского офицера. Но Колчак и сам понимал, что судьба и так пошла ему навстречу. Вопреки всем прогнозам, вопреки куче желающих, он смог вот так, за одну беседу, без всяких протекций, добиться своего. Это ли не чудо? Чем же он так понравился Цезарю? Что тот в нем разглядел? И что за намеки насчет «других планов»? Какое занятие ему хотят поручить?
— Ваше назначение должно быть согласовано с контр-адмиралом Макаровым, — капитан так же поднялся. — Уверен, проблем с этим не возникнет. Завтра в девять утра я встречаюсь со Степан Осиповичем на «Цесаревиче», вы отправитесь со мной.
— Слушаюсь!
— Где вы остановились?
— Пока нигде. Думаю, снять номер в гостинице.