Наконец на врезке появились бегающие столбики знаков. Гниз Вескари всмотрелся в них и чем больше всматривался, тем злее становилось его лицо: динамика роста скорости дифферентов, явно, была ниже динамики скорости весспера и дифференты, неминуемо, должны, вот-вот, начать отставать. Сейчас орудия дифферентов ещё могли достать весспер, но скоро такой возможности уже не будет.
– Капитанов мне! – Выкрикнул он, ткнув пальцем в сторону врезки.
Руки офицера связи в очередной раз прометнулись по клавишам пульта управления. На экране пространственного терма появились ещё три врезки с изображением капитанов дифферентов. В их глазах тут же вспыхнул страх и их головы низко склонились – видимо они увидели злое лицо адмирала, не предвещавшее ничего хорошего.
– Почему не стреляете? – Зло взвизгнул Гниз Вескари.
– Слишком высока скорость, гард адмирал. – Заговорил один из капитанов, подняв голову. – Мы уничтожим самих себя.
– Не уничтожите его – не возвращайтесь. – Проскрежетал Гниз Вескари.
– Да, гард адмирал. – Пришли негромкие ответы капитанов, ещё ниже опустивших голову.
– Убери всё! – Гниз Вескари махнул рукой в сторону врезок. – Госсе Блада.
Все врезки с экрана исчезли, но тут же вспыхнула ещё одна с изображением худощавого крокана, что было не совсем привычно. К тому же, крокан имел, хотя и очень короткие, волосы на голове, которые были совершенно белого цвета, показывая немалый возраст их обладателя.
– Найди эскадру, которая может выйти наперехват. Он не должен уйти. Капитанов, упустивших его – расстрелять. Что твои штабисты придумали об его экипаже? Это один и тот же или разные?
– Минуту, масса адмирал. Я отдам приказы и вернусь. – Крокан на изображении кивнул головой и врезка опустела.
– Это один и тот же весспер, масса адмирал. Эскадра, могущая его перехватить, дислоцируется в районе Роззы. – Заговорил Госсе Блад, мягким, явно показывающим его неуверенность, голосом. – Я отправил им приказ о срочной передислокации. Если весспер не изменит свой вектор пути, он будет наш.
– А если изменит? – Взвизгнул Гниз Вескари.
– Мы его найдём, масса адмирал. Где бы он ни спрятался.
– Ну, ну! – Адмирал дёрнулся. – Что с его экипажем?
– Аналитики штаба не могут ничего достоверного сказать об экипаже весспера, он может быть каким угодно. Но о его капитане есть опредёлённая версия: предположительно – это некий Валл'Иолет, бывший капитан двойки.
– Валл'Иолет? – Гниз Вескари состроил неопределённую гримасу. – Тот, которого мы требовали у толлонов?
– Именно, масса адмирал.
– Но толлоны трусливо уверяли, что он арестован. Я им верю.
– Точно можно будет сказать лишь увидев его, масса адмирал. Но то, что мы имеем дело с весьма неординарным капитаном, это неоспоримый факт. – Госсе Блад покрутил головой. – Валл'Иолет, был таким.
– Забудь! Что внизу? – Резко переменил тему разговора Гниз Вескари, будто капитан толлонов его больше не интересовал.
– Хаос, масса адмирал. Столица, практически, уничтожена. Все институты управления тоже. Фактически, сейчас идёт война между несколькими группировками, пытающимися захватить власть. Мы можем воспользоваться ситуацией и стать во главе цивилизации. Нас все боятся.
– Пусть стреляют. – Гниз Вескари неприятно поморщился. – Чем больше перестреляют друг друга, тем легче будет дышать оставшимся. Уже столько, что шагнув, обязательно наступишь кому-то на ногу.
– Навряд ли в вони от разложившихся трупов будет легче дышать. – Госсе Блад покрутил головой.
– Нам некуда спешить. Подождём, когда вонь улетучится. – Губы Гниза Вескари вытянулись в широкой усмешке. – Наша главная сейчас задача – уничтожить капитана Валл'Иолета или кто там может быть. Зло должно быть, непременно, наказано. И я решил сам его найти и уничтожить.
– Это будет нелегко, масса адмирал. – Губы Госсе Блада тронула лёгкая усмешка. – Он очень изворотлив.
– Я знаю, как это сделать. Он сам приползёт ко мне.
– Я преклоняюсь перед вашей прозорливостью, масса адмирал. – Госсе Блад склонил голову.
– Но ты останешься здесь. – Взвизгнул Гниз Вескари. – Будешь контролировать планету. Нельзя допустить, чтобы они начали палить друг в друга ядерными ракетами. Тогда и нам здесь делать будет нечего.