— Жа-аль… Не узнаю вас, Владимир Александрович. Совсем сломались, что ли? — Сочувствия в голосе Храмова не было, скорее — академический интерес.
— Помогли добрые люди. Кстати… — Виноградову вдруг захотелось пробить броню неколебимой полковничьей самоуверенности: — Кстати, если начнут по убийству этого журналиста копать, то ведь и пароходскую историю на свет вытащат? Негодяй был покойничек, прости Господи… Помните, что он тогда писал, а?
— Не припоминаю… — равнодушно покачал головой Храмов. — Тогда много всякой гадости печатали!
Владимир Александрович слишком хорошо и долго знал полковника, чтобы в это поверить: начальник морской милиции никогда и никому ничего не прощал. И уж тем более не забывал лично ему нанесенных оскорблений.
— Как же? В «Невских берегах» — коррупция, контрабанда через порт, махинации с отелями в Испании? Вас лягнул, меня…
— Да, было что-то, кажется… Давно! — Капитан добился чего хотел: желание продолжать беседу у Храмова пропало. — До свидания, Владимир Александрович. Водителя я предупредил!
— Всего доброго, товарищ полковник. Спасибо…
Торопясь вниз по лестнице, Виноградов подумал, сколько же человек завтра злорадно хмыкнут, прочитав в газетах об убийстве журналиста… Будет среди них и тот, кто заказал и оплатил «услугу». Впрочем, он-то уже, наверное, в курсе.
…По кабельному шла какая-то ерунда про китайцев, а до вечерних новостей еще оставалось некоторое время.
Виноградов наклонился, чтобы убрать в шкаф свежевыглаженные рубашки, и задел раскаленный утюг:
— Ох, ч-черт!
— Да успокойся ты… Не нервничай.
Татьяна выдернула вилку из розетки, аккуратно смотала шнур: заграничные приключения оставались в прошлом, хочешь не хочешь — надо впрягаться в привычную рутину домашних забот.
— Посмотри, спят дети?
— Спят… Больно!
— Смочи водой.
— Мерси за совет! Сам знаю.
— Перестань! Думаешь, ты один такой проницательный? — не в силах больше слушать задумчивых вздохов вернувшегося из ванной мужа спросила Татьяна. — Разберутся, кому надо… Если надо.
— Мне не надо! — пытаясь в очередной раз убедить и себя и жену, кивнул Виноградов.
— Ну вот… Дай программку! И нитки.
— Пожалуйста.
Владимир Александрович попытался сосредоточиться на нечитанных по случаю поездки «Аргументах и фактах», но газетные строчки почти не проникали в озабоченный мозг.
— Знаешь… Но на кой черт он тогда пьяного изображал?
— Ты опять об этом? — Пятнадцатилетний опыт супружества подсказывал Татьяне, что пока Виноградов не выскажется… Пришлось смириться: — Пограничника имеешь в виду?
— Кого же еще! До меня только потом доперло: коньячком-то из раковины воняло… Значит — что? Продукт он туда сливал.
— Ай-ай-ай, вот вредитель…
— Да? А зачем? Насильно никто его не поил, рюмки не считал. Наоборот…
— Знаю я ваше наоборот. Сам же говорил…
— Так это потом уже, вечером! А он на кой-то ляд старался показать, что сутки не просыхает. В принципе, я и не заметил бы ничего, если бы не система.
— Система?
— Ну — канализация судовая… Она же не как в городском водопроводе, даже от поездов отличается: система накопителей, принудительная дезинфекция… Трубы фановые. Немцы монтировали, по экологическим стандартам.
— Очень интересно. Я и не знала… — Татьяне трудно было скрыть, что эта проблема волнует ее значительно меньше, чем мог бы предположить муж.
— И майор не знал! То-то и оно… Коньячок за борт взял да и не ушел, «застрял» в резервуарчике.
— Ну, всякие могли быть причины…
— Назови хоть одну.
— Не знаю… Так, с ходу…
— Во! Я вот ничего не придумал… И дальше. Мы когда первый раз увиделись, у трупа, он сначала сказал что-то вроде: «А еще офицеры!» А потом сделал вид, что только после Саниного представления узнал, что я из милиции…
— Ну, у тебя же как штамп на лбу, на всю жизнь!
— Допустим… Все равно неестественно! И потом — как он догадался, что нужно спуститься?
— Что сделать?
Картинка, только что посетившая Виноградова, требовала немедленного осмысления.
— Когда Саня сказал, что у нас проблема, майор сразу к трапу метнулся. Не куда-нибудь — вниз! Матроса двинул…
— Ох… Не знаю, меня там не было. — Все сегодняшние дела можно было считать выполненными, пора было стелить постель. Татьяна незаметно зевнула.
— Именно! Уж больно он со своей простотой переигрывал… Как-никак разведотдел, не ГРУ Генштаба, но дураков не держат.