— Да-а…
В рабочем варианте, через встроенные глазки камер, присутствующие уже все это видели раньше, когда операторы ушли в кубрик переодеваться, однако сейчас на довольно большом экране в цвете пленка производила шоковое впечатление.
В неживом колеблющемся свете возникли детали обшивки — корпус затонувшего судна был, конечно, далеко не новым, но вполне в приличном состоянии. Обозначилась неуклюжая рубка с выбитым стеклом, задранные люки на почти вертикально стоящей палубе, штатные спасательные плотики — оба в закрепленном состоянии.
— Штормом их сюда выбросить не могло — ну никак!
— Это ясно… И то, что на камень напоролись, исключено.
— Что опять об одном и том же! Какие камни? Тут даже в отлив глубина с запасом, сам видишь…
— Р-разговоры!
На экране черные руки аквалангистов отдраивали запорное устройство. Видно было, как металл с трудом, но поддается…
— Не могу! — Парень из Министерства иностранных дел знал, что увидит в следующее мгновение, поэтому отвел глаза и судорожно схватился за горло. Виноградову тоже стало не по себе.
— Да-а…
Трупы! Трупы… трупы… Мертвыми телами было заполнено все пространство под палубой — по-разному вздувшиеся, кое-где уже поврежденные или, напротив, выглядящие свежо и естественно… Открытый люк, колебания воды как бы оживили утопленников — задвигались конечности, полы одежды, взметнулась и опала копна женских волос. Нечто огромное и белесое, сорванное потоком, устремилось к проему…
— Все!
— Кончай… мне тоже хватит.
— Пекка, на хрен это все! Перематывайте без изображения!
— Да-а… А ребятам каково было? Снимать?
— За спасибо — оклад плюс звание!
— Пайковые еще. И премии… Эх, мать его! А в сорок лет — готовый псих, инвалид.
— Это неправильно! — вопреки церемониалу решился покритиковать местные порядки Йорма. — Это большая ошибка…
— Выборг! Приехали, товарищи офицеры! — прохрипел из динамика голос. После некоторой паузы прибавил: —…И господа!
Публика собралась на лоцманском причале та же, что и некоторое время назад, перед отходом, — за исключением, пожалуй, только молоденького военного моряка.
— Так, ребята! С вами на сегодня все — в гостиницу, отдыхать. Только смотрите там… — На голове у штатского опять была карикатурная шляпа, воротник плаща поднят.
— Есть! — Парни с аппаратурой потянулись к «рафику», вслед за ними пошел прикомандированный, очевидно, к группе эксперт ГУВД.
— Кто он такой-то? Узнал?
Не то чтобы это так уж интересовало Владимира Александровича, но все-таки…
— Этот — комиссар Миклован? — Шишкин понял, кого имеет в виду приятель, штатский действительно был поразительно похож на героя румынского сериала:
— Шеф сказал, что он генерал. Заместитель начальника нашего ФСК, сам понимаешь — не по хозчасти…
— Чувствуется! Контрразведка… — Слово было красивым и манящим со времен Штирлица и жженовской «Ошибки резидента». — То-то все тянутся перед ним!
Почему-то вспомнился Коротких… Получалось: всякой твари по паре. Храмов с Шишкиным, Лукенич со своим шефом, два финна. Можно к генералу прибавить покойного Сашку, а к Виноградову, для комплектности, — переводчика-мидовца… Если считать живых и заменить Коротких на Синицына, то очень интересная мозаика получается. И лучше бы его, Виноградова, в этом живописном панно вообще бы не было!
А генерал уже раздавал ценные указания:
— Полковник, вы обеспечите пропуска в погранзону. Пост выставите — на вышку и с берега.
— Есть! — Пограничники с чекистами не особо ладили, но при иностранцах демонстрировать это никто не собирался.
— На все время работ! Чтоб строго по режиму никаких лишних… туристов, прессы. Только специалисты, кому необходимо.
— Сделаем.
— От милиции кто будет? Сам?
— Нет, товарищ генерал! Начальник милиции порта Шишкин. Он справится. — Храмов подпихнул вперед себя Вадима.
Естественно, в данной ситуации недавний виноградовский шеф счел за лучшее подставить подчиненного: на случай дележа наград он себе место уже застолбил, а при неудаче можно будет списать все на неопытность молодого офицера.
— Хорошо! — Чувствовалось, что заместитель начальника ФСК и сам не горит желанием по уши влезать в черновую работу.
— Какие планы у финских… гостей?
— Господа сейчас выезжают. В Хельсинки, на доклад министру. Там будут продемонстрированы полученные материалы.
— Ладно, как договаривались… Мы будем держать вас в курсе всех новостей по данному делу.