— Саныч! Спасибо, конечно, но… За вторую бутылку не давай — я угощаю!
Виноградов отсчитал несколько купюр, сложил их и сунул в нагрудный карман приятелю:
— Отстань… Но таскаться с сумкой до вечера будешь ты! Согласен?
— Годится!
Нет, из нашего человека никогда не получится настоящей акулы капитала — постоянно подводит широта русской души и генетическая сентиментальность.
— В магазин сразу пойдем? Что-то конкретное тебе купить нужно?
— Да нет… Говорят, здесь дорого. Попробую в Любеке, через скидку для экипажа.
— Пошли навстречу? Уважают?
— А как же? Я все-таки милиция, тем более — морская…
Шишкин стал у себя в Выборге начальником отделения, вырос до статуса храмовского заместителя, поэтому и попал в круиз за счет пароходства.
Хельсинки, Стокгольм, Копенгаген, Любек… Недурственно!
— Тогда пошли! Нечего здесь ошиваться.
Владимир Александрович поправил воротник куртки и решительно повлек приятеля за собой — в сторону пешеходной Дроттнинггатан.
— Сначала парламент посмотрим, потом Королевский дворец — там сейчас смена караула начнется… Потом старый город. Где карта Танькина? Там обозначено…
Одной бутылки, разумеется, не хватило. Виноградов свинтил пробку со второй «Столичной» и наполнил пластиковые стаканчики: толковой посуды в доме не было. Вероятно, это снижало общий эстетический уровень застолья, но обилие использованных тарелочек, блюдец и банок не пугало предстоящей наутро возней на кухне — мыть ничего не требовалось, вполне достаточно просто смахнуть одноразовый сервиз в мусорное ведро.
— Неплохо устроился!
Взгляд у вернувшегося из ванной Шишкина казался вполне осмысленным, количество истребленной водки отражалось только на некоторой несбалансированности движений.
— Нормально…
По здешним меркам квартира была не ахти какая, дешевое муниципальное жилье в районе Цинкенедамм, сразу за Рингвеген. Окна выходили на парк, часть которого занимало нечто вроде нашего садово-огородного товарищества: россыпь крохотных домиков с цветником и почти обязательной альпийской горкой. При желании можно было разглядеть и молодежный кемпинг, где Владимир Александрович провел свою первую шведскую неделю.
Но в Питере нынешнее виноградовское жилье стоило бы по меньшей мере втрое дороже, чем здесь.
— Так как там наш полковник отреагировал?
Естественно, все важное Шишкин уже рассказал, и теперь Виноградов только подбирал остатки информации.
— Храмов? Разве догадаешься…
— Верно. Осторожный мужик, генералом будет.
Владимир Александрович вспомнил ту кассету, которую ему давал прослушать контрразведчик с «Шолохова»: это теперь ясно, о чем шла речь, а тогда…
— В принципе, ты мог бы теперь вернуться!
— Мог бы… Подожду пока.
Слишком непросто было сюда выбраться.
Как сказала та рожа в визовом отделе? «Ваш паспорт аннулирован!» — «Какой паспорт?» — «Общегражданский, заграничный… Немедленно сдайте!»
Нашли дурака… Это было уже — все! Край, тупик.
«Какое еще приглашение, товарищ капитан? В Стокгольм? Не-ет… Впрочем, подождите, мы свяжемся с компетентными коллегами…»
Связались!
Целый авантюрный роман — рассказать кому, не поверят: поездом до Минска, оттуда — транзит на Калининград. Замурованные двери вагонов, пограничники с овчарками на соседнем с Белоруссией полустанке… Потом уже из бывшего Кенигсберга — в Вильнюс, всего за десять долларов, лиловый штамп и квитанцию на непонятном языке. Дальше — Рига, латвийские парни, с трудом взявшие в толк, почему российский гражданин направляется в столицу Финляндии по многократной визе через территорию аж трех независимых республик. Торопливая покупка билета, родная толчея при посадке на краснобокий паром «Вайкинг лайн». Первые шаги по Швеции — в тысячной толпе круизных пассажиров, абсолютно не интересующих меланхоличного таможенника и офицеров иммиграционной службы…
А во втором томе можно было бы дать описание местной бюрократической машины — как задним числом проставлялась въездная виза, делали вид на жительство и разрешение работать… Если бы не ребята из Университета, если бы не Малькольм, устроивший курс лекций в полицейской школе о русской мафии! Это потом уже был контракт на книгу, договоры с информационными агентствами… Голодным Виноградов, конечно, никогда не оставался, но только недавно получил возможность отправлять семье какую-никакую, но вполне пристойную сумму в долларах.