— А с этим делом у вас как? — Шишкин сделал характерный, чисто мужской тазобедренный жест.
— С «этим делом» у нас хорошо… Без «этого дела» плохо! — ответил бородатой шуткой Владимир Александрович. — Никак, толком…
— Шведская тройка! Французский вариант… — мечтательно закатил глаза Вадик, вспомнив, очевидно, утреннее посещение секс-шопа:
— Были б дома, девчонкам бы звякнули!
— Здесь тоже можно. Но дорого.
— Нет, чтобы по любви… Мир капитала!
— Давай — за дам!
— Давай…
Выпили, отдышались.
— Все же обидно, что так получилось.
— Да уж…
Синицын сидит, Лукеничу дали застрелиться. Некто Федор Федорович перевелся в Москву, чуть ли не первым заместителем директора ФСК.
— От тебя-то хоть отвязались?
— Да почти сразу же! — отмахнулся Шишкин. — Капитана досрочно дали, повысили вот…
— Ну и слава Богу!
Хоть для кого-то эта история закончилась без потерь…
— И вспоминать не хочу…
— Лучше поздно, чем никогда. В конце концов выяснилось же все!
Гость оглядел комнату: папки-накопители для бумаг, повсюду ксерокопии газетных вырезок, журналы, книги… Веер дискет на потрепанном принтере.
— Компьютер твой?
— Казенный. Пришлось освоить.
— Здо-орово! — приятельски позавидовал Шишкин. — Машина есть?
— Пока взял в… прокат. — Виноградов не сразу сообразил, какое слово следует употребить: скорее, это не было следствием чуждой языковой атмосферы, просто много выпили.
— Какая?
Ты удивишься… «пятерка»!
— Патриот? — прыснул Шишкин.
— Нет, просто… привычнее. И недорого.
Для того чтобы поддерживать беседу, требовалось все больше усилий: глаза затягивались ленивой поволокой, шея с трудом сохраняла естественное положение головы.
— Давай спать! Смотри, завтра рано подниму.
— Давай, — легко согласился гость. — И так посидели неплохо… Подбросишь утром?
— О чем базар! Прямо к трапу.
Чистого комплекта белья у Виноградова не оказалось, поэтому длинный Шишкин улегся, не раздеваясь, на раскладной диванчик. Плащ под голову, плед из шотландской синтетики сверху — что еще нужно милицейскому офицеру от Тамбова до Сиэтла, чтобы заснуть после хорошего ужина?
Через несколько мгновений Вадик уже обстоятельно похрапывал, подогнув к животу не вмещающиеся в ограниченное пространство ложа ноги.
— Все?
Гость не ответил.
Владимир Александрович прошел в спальню. Включил ночник. Прежде чем расстелить постель, подошел к окну, прижавшись, ощутил разгоряченным лбом неживую прохладу стекла…
Как там, в Книге Иова? «Неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злое не будем принимать?»
Майор погранвойск Лукенич, как выяснилось, замыкался непосредственно на Тамарина. Петров был так, пешка… Связь между ними тремя осуществлял Сергей Синицын, он же работал и с иностранными партнерами по ту сторону контрольно-следовой полосы.
Когда финны задержали четырех суданцев, чудом скрыв этот факт не только от торговцев «живым товаром», но и от собственной демократической прессы, особой паники никто поднимать не стал — сгинули, ну и черт с ними! Транзит был уже налажен, приносил стабильную прибыль, и нужды в каких-то дополнительных мерах безопасности или временной приостановке канала организаторы нелегальной миграции не видели.
Полицейские в Хельсинки тем временем, не торопясь, с традиционной финской обстоятельностью, оперативно разработали своих криминальных сограждан, «обложив» их со всех сторон и кое-кого склонив к сотрудничеству. После чего, разузнав точную дату и путь доставки очередной партии бедолаг, направили соответствующую информацию российским коллегам.
Нельзя сказать, что к тому моменту наши органы бродили в кромешной тьме, — отнюдь! Уже плотно работали с Петровым, имелись «корки» и на Лукенича, хотя и не по данному конкретному материалу. В общих чертах ясна была технология «транзита», на секретных документах все чаще появлялись резолюции относительно Тамарина, Синицына, их связей…
И все-таки, когда контрразведка получила информацию из Финляндии, для конкретного исполнения ее передали пограничникам. Формально они были правы — есть разделение сфер компетенции, зон оперативного обслуживания. Подследственность, в конце концов!
Но вышло так, что все бумаги легли на стол майора Лукенича.
Моментально приняв решение, ибо медлить было нельзя, все повисло на волоске, он на моторке одного из своих агентов вылетел в залив. Чудом перехватил уже находившийся в пути катер службы гидрогеологии…