Он вспомнил погоню, стрельбу, все детали. Все мысли теперь разложились по полкам. «Какой лазарет, что за станция? А, после! Действительно, надо поспать», - Фёдор Иванович хотел повернуться, но боль помешала.
__________________________________________________________________
* Стрелка Васильевского острова — восточная оконечность Васильевского острова в Санкт-Петербурге; один из самых завораживающих архитектурных ансамблей города; пример гармонии архитектуры города с пейзажем берегов Невы.
Глава 7. Мистика.
В небольшой комнате, некогда служившей каким-то техническим помещением в околоствольном дворе шурфа, за большим очень крепким столом сидел офицер. Его взгляд упирался в стакан, а пальцы сжимали «хабарик», в углу еле слышно посапывал чайник, буржуйка топилась с открытою дверцей. «Вот дед, чудило! Насквозь прострелили, а он угрожает. Храбрец, что поделать? Вот орден его ли?» - небрежно швырнув догоревший окурок, он встал, потянулся.
- Разрешите? – в дверном проёме из-за поржавевшей двери показалось круглое смешное лицо, затем круглая голова на короткой шее, широкие плечи с сержантскими лычками на погонах и уж потом крепко сбитое туловище на коротких ногах. Сержант широко улыбался, входил, словно стесняясь, но при этом явно был доволен собой и, выпятив широкую грудь колесом, явно ожидал похвалы, белоснежная огромная подшива оттеняла его серое лицо и неестественно контрастировала со всем окружающим. Новенькие промасленные берцы, чистейший камуфляж, всё новое, с иголочки.
- Конечно, Илюш, заходи, я заждался, – офицер улыбнулся. - Ну, что там?
- Пойми меня правильно, Дим, - неожиданно сменив тон и закрывая за собой входную дверь, начал Илья, - мы вместе почти тридцать лет, пока нас не слышат, скажи, ты всё знаешь? Что там происходит?
- О чём ты?
- Опять безголовые покойники. Ребята в недоумении.
- Кто видел? Сколько?
- Да Ратников Боря, ну Титыч не в счёт, он видал и похлеще. Пойми, Дим, там нечто.
- И что, ещё ближе?
- Да прямо на заборе!
- Осторожно! – Дмитрий озабоченно посмотрел на Илью. - Не выпачкайся!
Илья осмотрелся по сторонам, провёл рукой по стулу, затем по столу, улыбнулся. Он понял, что Дмитрий пошутил и слегка смутился: - Ну, Дим, ну это я так, - он слегка покраснел, - ну не могу же я к командиру…
- Ладно, - Дмитрий жестом предложил присесть. – Давай, говори, что там было.
- Сидели мы с Борей на точке, у арки, той, что у бывшего склада, до этого всё обошли, всё спокойно. А тут потянуло прям как-то, не знаю… Смотрели на город сквозь створки решётки, тоска прям такая, Нева, перекрёсток… Давно это было, чёрт, аж больно стало.
- Опустим детали, Илюш, что случилось?
- Короче, сидим, слышим выстрел, потом ещё два, оружье другое. Тот первый - АК, второй же, по-моему, был пистолет. Прислушались, поняли, что у КПП, открыл я ворота, по Съездовской вышел, Борис прикрывал, ты не подумай… Гляжу - за углом перестрелка, вернулся. Ворота закрыл, ну, ты сам понимаешь… Решили пройти по двору возле склада, так скажем, проверить, что к нам не полезут. У самых сараев заметили что-то, присели в снегу, ну, естественно, я сразу в оптику глянул, а там дед какой-то ползёт на спине, кровь фонтаном, вдруг замер. Я думал, убили его. Думал, что Лёха, он должен был быть на посту возле поля. Когда глядь, выходят какие-то двое и ну пинать деда ногами. Потом один взвёл автомат и направил, короче, хотел пристрелить старика. Ну, тут я не выдержал. Думаю, что же? Вдвоём одного? Эх, не дрогнет рука! Короче, мы с Борей их сняли. А парень неплох! Будет снайпер, запомни! Когда слышу - очередь, снова АК и всё, тишина. Мы затихли, выждали минуту, гляжу - Лёха под арку вбежал. Ну, мы подошли. Вылез Титыч, я так и не понял, с какого окна появился, вот то ли с дворца, то ли где-то оттуда. Забрали у трупов оружье и винтовку у деда. Смотрю, он живой. Что делать, не знаю. Проверить хотел документы, бушлат расстегнул, а там прям дыра, огромная, кровище хлещет. И орден, представь, Орден Мужества, Дим. Решили спасти, пожалели. За Павликом Боря сгонял, ребята пришли и забрали. И всё ничего, но потом прямо мистика, Дим, я не знаю… Как объяснить? На заборе висит, значит, тело, но без головы, - округлив блестящие глаза и активно жестикулируя руками, взволнованно продолжал Илья, - и прямо по шее так ровно отрезана, вот чуть отвернулись – и уже труп без головы. Мы не видели его, когда стреляли в тех двоих, он был за углом у КПП, а как он увидел, что его спутников сняли, решил убежать, но тут Лёха его и прошил, короче, тот повис на заборе и помер. Или помер, а потом повис, - Илья задумался. Секундная пауза выдала его растерянность. Он волновался. – Ну, неважно, в общем. И главное, крови ни капли, следов никаких. Прям чудо какое-то, ужас. Выходим на Университетскую набережную, а там, метрах в пятидесяти, ещё один и тоже убитый, две дырки в груди и башки тоже нету! Нашли документы, собрали что можно, да, кстати, Тит пушку крутую нашёл, раритет, Тульский Токарева - бомба, как новенький, только патроны ни к чёрту. Видать, тех годов, когда пороху меры не знали. В общем, лопнула гильза, бывает, сам знаешь.