- Отлично! Я полностью согласен со всем, но вот в лабораторию я их не впущу.
- Поймите профессор, мне важна не только безопасность вашего бизнеса, но и безопасность моих людей. Давайте, мы сами определим, где и как будет лучше? Нам не нужен табак, у нас нет ботаников. Мы, к сожалению, умеем только одно, - задумчиво, как-то отрешённо сказал Дмитрий.
- Ой, ну что же это я? Вот старый дурак! – профессор постучал себя кулаком по лбу. - Конечно же, Дмитрий, но в некоторые помещения лаборатории им всё же нельзя заходить!
- Ладно, какие проблемы? - с чувством полного удовлетворения, Дмитрий улыбнулся.
В помещении лазарета было тепло. Сыровато, но всё же нормально. Где-то неподалёку работал дизельный генератор, периодически за дверью раздавались мужские голоса, неспешный топот тяжёлых ботинок постоянно напоминал о присутствии людей.
- А у вас здесь уютно, мне нравится, - откинувшись на спинку стула, улыбаясь, заметил дед Фёдор. - Так может раскроем все карты? Скажи, Дим, где мы находимся?
- Фёдор Иванович, мы находимся в метро. Я не скажу вам, где точно, простите, вы к нам всё равно не вернётесь, а мы, если нужно, найдём вас сами, - Дмитрий снова серьёзно и сухо добавил, - никогда и ни при каких условиях не старайтесь нас отыскать и никогда не заходите на территорию военного городка Академии тыла. Никогда!
- Бывшего военного городка? – переспросил профессор.
- Я разве сказал бывшего?
Вечер прошёл слишком быстро. Уточнили детали, обговорили основные моменты и условия. Решено было отправить профессора в сопровождении трёх человек. Дмитрий знал обстановку на станции и поэтому в помощь профессору выделил наиболее подготовленных к возможному кровопролитию штурмовиков. Старшим был Лёха, беспощадный, временами неуправляемый, но всё же незаменимый боец в ситуациях подобного рода. Этакий хладнокровный локомотив, способный вытащить на себе даже самую кровавую ситуацию. Лёха, естественно, номер один. Итак, он ведущий, роль же ведомых, на этот раз, Дмитрий отвёл Миленькому и Павлу. Павел медбрат, исполнительный, надёжный, конечно же, не мясник, как Лёха, но тоже не лишённый хладнокровия боец. Именно боец, а медбратом ему стать пришлось много позже. У Павла задача была посложнее, он всё ещё должен был наблюдать своего пациента, так что в этот раз выбор пал на него не случайно. Миленький же, самый молодой солдат роты Самарцева, один из немногих представителей молодого поколения. Ученик Алексея, и этим всё сказано. Такой же бесстрашный, готовый в любую минуту на самые отчаянные действия. Дуэт Лёха - Миленький всегда оставлял реки крови, да и в обычной жизни, вне выполнения каких-либо поставленных задач, они напоминали взведённую бомбу, механизм, заряженный, смертоносный, а главное - внезапный и непредсказуемый. Дмитрий не зря выбрал этот тандем. Навести порядок так, чтобы надолго запомнилось, была его главная и, пожалуй, единственная цель. Произвести впечатление, отбить всё желание лезть в бизнес профессора, тем самым обезопасить его и своих людей, которые будут сотрудничать с ним. Страх - мощное чувство, способное даже на большее, чем кажется.
- Ваш бизнес хотят отобрать. Час назад наш человек сообщил, что ваш сын закрылся в лаборатории. Не волнуйтесь, все живы. Комендант уехал на «Восстания» с караваном, вернётся, я думаю, не раньше, чем к обеду завтрашнего дня. На станции в его отсутствие вряд ли вам кто-то осмелится перечить. К тому же там должен быть Крец, он приехал недавно. Считаю, что самое время вернуться.
- Ну, а может быть, Крец не виноват? - слегка растерянно спросил профессор, стало явно заметно, что он волнуется.
- Может быть и не виноват, - сухо сказал Дмитрий, - но думаю, что виноват. Не волнуйтесь, мои парни умеют добывать информацию. И если это его рук дело, то его мы убьём. Нельзя отпускать эту сволочь.
- Да, у людей как у животных, - наливая себе коньяку, задумчиво начал профессор. - Чем меньше паук – тем больше в нём яду. Если Крец виноват, то я сам пристрелю его!
- Тем лучше, - Дмитрий взял свой стакан.
- А откуда вы знаете Креца? – не скрывая неожиданного любопытства, спросил Фёдор Иванович.
- Я? – Дмитрий рассмеялся. - Я не знаю его, но мои информаторы знают. Он там. И я уверен, неспроста.
Выдвигаться было решено утром. После душевных бесед Фёдора Ивановича с Дмитрием на сон оставалась лишь пара часов. Профессор, оставшись один, не спал. Пытался, конечно, закрывая глаза, вспоминал внуков, старался расслабиться, думал о жизни, но так и не смог заснуть. Не шёл к нему сон этой ночью, не шёл.