- Борис, заводи, - негромко сказал Фёдор Иванович, увидев приближающихся диггеров, и толкнул совсем недавно задремавшего Тита.
Борис дёрнул трос, мотовоз заурчал, выбрасывая клубы чёрного едкого дыма. Свет фар ударил в пространство, беспощадно ослепляя нежданных гостей.
- Борис, собери светлячки, - абсолютно спокойно попросил профессор.
Сергей привстал, положил автомат поудобней, снял с предохранителя, перевёл на одиночный огонь.
- Я говорить буду, - шепнул Сергею дед Фёдор. - Не горячись.
Борис деловито осмотрел прицеп, не спеша закрыл инструментарный ящик и направился по тоннелю в противоположную пути следования сторону. Небрежно взял светляк, потушил и также спокойно, не спеша вернулся назад и подвесил его на борт мотовоза.
- Привет, мужики, - не дойдя метров пятнадцать до мотовоза, выкрикнул один из диггеров. Двое из них осторожно приблизились ещё метров на десять, один остался стоять, наблюдая сзади.
Профессор с Сергеем переглянулись.
- Прикрывает, - негромко шепнул Тит, холодный безжалостный блеск ярко вспыхнул в его глазах... Виктория испуганно вжалась в диван, прикрывая лицо, будто прячась.
- Привет, мужики, - точно также ответил профессор.
- У вас есть то, что нам нужно забрать! – несколько нагло заявил парламентёр, по всей видимости, старший из диггеров.
- Да что вы говорите? – ответил Фёдор Иванович и, недоумевая, повертел головой, осмотрелся. – Неужто ограбить решили?
- Нет, что вы! Это не наш промысел, – желая перевести диалог в более конструктивное русло, парламентёр снизил тон.
- Не морочь мне голову, сынок. Что надо? – спросил профессор.
- Девушка, - прищурившись, сказал диггер. - Мы видели, с вами девушка. Мы ищем беглянку, - парламентёр приблизился к мотовозу. - Покажите её! – его палец указал на Викторию.
- Да ты просто наглец! - возмутился дед Фёдор. - Мой мотовоз – моя территория. На нём всё моё, - профессор немного сместился, прикрывая девушку собой.
- Мы преследуем бежавшую рабыню, она совершила преступление и должна быть наказана.
- Рабыню? Рабыню в свободной стране? - Фёдор Иванович наклонился, его брови агрессивно сошлись, а рука инстинктивно легла на кобуру. Теперь он стал похожим на самоуверенного оратора, выступающего с трибуны и картинно склоняющегося с неё над подавленными его энергетикой слушателями. - А если я не отдам? Что тогда?
- Вы знаете законы метро, - настороженно ответил диггер.
- Я профессор! Тебе это о чём-то говорит?
Внимательно вслушиваясь и боясь вмешиваться, Борис подошёл к мотовозу, неловко поправляя свой левый рукав, стал у передней оси и картинно опёрся правым плечом о его корпус. Никогда ранее он не бывал в таких ситуациях и волнительно ждал, что случится, чем кончится. Подсознательно ждал, что Сергей даст команду или просто начнётся стрельба и развяжет его скованные неопытностью руки.
- Мужики, мы тут не шутки шутим! - грубым басом сказал второй подошедший к парламентёру диггер. - А ну, дед, слезай с мотовоза. Профессор, как же… Зажмурили твоего профессора.
Прикрывающий поднял автомат и нацелил его на Фёдора Ивановича.
- Это кто тебе дед? - возмутился дед Фёдор, секунда - и он, по-ковбойски выхватив пистолет, навёл на обидчика, но так и не успел выстрелить. Стоявший опершись о мотовоз Боря, молниеносно встряхнул левой рукой и выбросил из рукава свой недавний подарок - балдичку. Скользя по ладони своей крепкой рукоятью, инструмент вылетел и надёжно зафиксировался в руке, цепко сжавшейся в нужный момент. Короткий удар без замаха, и молот балдички беспощадно размозжил оба лица, попавшиеся ему на траектории удара. Глухой хлопок дуплетным всплеском промчался в тоннеле, пластмассовый стук разлетающихся в стороны касок, хаотичный свет головных фонарей, падающие тела, брызги крови. Умело, чуть ли не жонглируя, перехватив балдичку правой рукой, резко шагнув, приседая вперёд, Борис что есть мочи швырнул свой смертоносный инструмент в прикрывающего. Удар! Прямо в голову. Пуля с визгом скользнула о кровлю тоннеля. Диггер упал. Профессор, раззинув рот, опустил пистолет.
- Ну, ты даёшь, - дед Фёдор присел на диван.
В одно мгновение всё было кончено… Ещё какое-то время Фёдор Иванович и Виктория, в состоянии аффекта от увиденного, сидели в полном оцепенении. И только Тит, спокойно спрыгнув с мотовоза, обошёл и осмотрел уже безжизненные тела диггеров.
- Вот так вот! Вот оно, ваше непобедимое МЫ! – Борис с вызовом посмотрел на профессора. - Законы метро… - брезгливо сплюнул. - Мой закон - справедливость!