- Куда дальше? – спокойно спросил Виталий. Конвоиры переглянулись. - Механик, я тебя спрашиваю, сколько идти и куда поворот?
- Метров через пятьдесят поворот направо, затем по лестнице вверх, там будет выработка, метров через восемьдесят гезенк, там вниз по лестнице метров пять.
- Хватит, - оборвал Виталий, - разберёмся. Николай, пристрели товарища, если я не вернусь через пять минут, - сказал он немолодому крепкому конвоиру, улыбнулся и беззвучно скрылся в молочной пелене.
Прикрепив карбидку на ствол своего АК и включив коногонку, Виталий неспешно прошёл до поворота, залез по лестнице и внимательно осмотрелся. Тумана здесь не было, напротив, здесь, как ему показалось, было достаточно сухо, старые деревянные шпалы, какие использовали когда-то метростроевцы для устройства рельсового пути во вспомогательных выработках, служащих в основном для доставки горного оборудования, давно рассохлись и частично превратились в труху. Выработка не была забетонирована и не имела тюбингового крепления. Обыкновенная арочная крепь СВП-профиля, затянутая железобетонной затяжкой, вряд ли могла скрывать неприятные сюрпризы, но предчувствие всё же терзало… Виталий повесил карбидку и вернулся к группе. Колонна снова двинулась.
Сергей тут бывал редко. Конечно же, он знал что здесь и как, и поэтому вёл группу на станцию-призрак по верному пути, но тонкость была в том, что вёл он её длинной, опасной дорогой.
Не трудно было догадаться, что из себя представляет построение конвойной колонны и, конечно же, арестованный всегда в центре, а значит, защищен. Странно, что система, жаждущая уничтожать бандита, для чего-то сначала рисковала своими людьми, защищая его. Очень странно. Наверное, все эти расстановки придумал всё тот же гуманист, любитель тёмно-зелёного.
Очень быстро пройдя туман и свернув за поворот, конвой снова остановился. Виталий молниеносно рванул вверх по лестнице. Карбидка не горела.
- Механик, что здесь? – крикнул он сверху.
Конвоиры и охрана Гаджиева заметно засуетились, защёлкали предохранители, кто-то нервно передёрнул затвор. Как оказалось, повторно. Патрон звонко вылетел и с глухим ляпом упал прямо в грязь. Сергей рассмеялся:
- Там пауки, не бойтесь. Они просто свет не любят.
Кто-то добавил от себя пару фраз, ещё кто-то что-то спросил, кто-то ответил, спустя ещё пару секунд особист вспомнил случай, как гигантский паук каким-то непостижимым образом проник на станцию «Автово» и…
Короткая очередь заставила всех замолчать. Матерный крик начальника конвоя быстро привел остальных в чувство, двое конвоиров рванули наверх, Николай приставил ствол к затылку Сергея. Тишина.
- Ну, долго вас ждать? Поднимаемся, все сюда! - скомандовал Виталий.
На одном из расстрелов висела карбидка, металлический корпус оплавлен, огромная дыра, неприятно пахнущая зелёная слизь отвратительно свисала и капала на почву с уже уничтоженного ею фонаря. Метрах в десяти от лаза в такой же зелёной слизи лежали два паука, относительно небольшие особи метрового размера с огромными хелицерами и крепкими плотно сбитыми телами, усилиями Виталия прошитыми насквозь во всех жизненно важных местах.
- Ты почему не предупредил? – зло взглянув на Тита, спросил Виталий, осмотрелся. - Много их здесь?
- Много. Нам нужно переждать, - спокойно ответил Сергей. - Сейчас здесь такое начнётся!
- Смотреть в оба! Продолжаем движение! – уверенно скомандовал Виталий. - Сейчас здесь такое начнётся! – умышленно выделив слово «такое», улыбнулся.
Группа двинулась, хаотично ощупывая лучами фонарей всё вокруг. До гезенка прошли очень быстро, окружающая тишина сковывала, давила на слух, заставляла держаться как можно тише, вслушиваясь в свои же шаги, в шелест одежд, шипение карбидок, в дыхание идущих рядом. Страх цепкими лапами хватал из темноты, заставляя вздрагивать при каждом неожиданном звуке. Гаджиев заметно занервничал, боясь отстать от конвойной группы, оторвался от своей же охраны, стараясь примкнуть к строю. Спустились в гезенк, прошли метров тридцать. Стандартный технический тоннель круглого сечения. Тюбинговая крепь, частично демонтированный рельсовый путь, сухой спёртый воздух, отсутствие кабелей говорили об использовании выработки лишь при проходке как вспомогательный тоннель, затем, что успели, демонтировали, участок сдали в эксплуатацию, а выработку бросили, не предусмотрев даже маломальское проветривание. Да и зачем? Сколько их таких, ненужных, брошенных? Десятки, а может быть, сотни? Теперь и не сосчитать.