Решительным шагом он направился к выходу. Нож выпал из моих ослабевших пальцев, звонко ударившись о холодный кафель.
Что я наделала? Мысли вихрем проносились в голове. А если он действительно бросит меня одну с этими долгами? Что, если исчезнет с горизонта, оставив меня один на один с проблемами?
Но нет. Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь. Ладно, я что-нибудь придумаю. В конце концов, это не мои долги. Я ничего не брала и платить за него больше не стану. Пусть живёт как хочет.
Входная дверь с грохотом захлопнулась, эхом отразившись от стен пустой квартиры. Я медленно осела на пол, прислонившись к прохладной стене. Слезы навернулись на глаза, но я не позволила себе расплакаться.
Как бы трудно ни было, нужно было думать о будущем. На завтра Юля, моя сменщица, попросила подменить её с утра. Значит, нужно собраться. Сейчас я выпью горячего чая, умоюсь и постараюсь поспать хотя бы шесть часов.
Дрожащими ногами я направилась к входной двери, словно боясь того, что могу увидеть его затаившегося в коридоре. Сердце колотилось где-то в горле, пока я осматривала пустой коридор. Ни души.
Быстро проверив дверь, я провернула все замки, задвинула щеколду. Только тогда позволила себе сделать глубокий вдох. Завтра я соберу все его вещи. Все до последней мелочи. И не буду слушать слова извинений. Слишком долго я позволяла себе быть слабой, слишком долго прощала его выходки.
В ванной комнате я включила холодную воду. Ледяные капли ударяли по разгорячённому лицу, приводя мысли в порядок. Чашка крепкого чая немного согрела изнутри, но не смогла прогнать дрожь, пробегающую по телу.
Наш раскладной диван встретил меня холодом и чужим запахом. Квартира пропиталась вонью дешёвых сигарет, которые он курил пачками. Каждый вдох напоминал о его присутствии.
Сон пришёл неожиданно, накрыл тяжёлым одеялом, не давая возможности сопротивляться. А утром меня разбудил настойчивый бой старинных часов — словно молот, бьющий по вискам. Оказывается, даже дорогое вино может оставить такой же жуткий след, как и дешёвое.
Собрав остатки сил, я заставила себя встать. В зеркале отразилось бледное лицо с тёмными кругами под глазами. На работу нужно было добраться во что бы то ни стало. Взяв ключи от «Короллы», я на мгновение замерла. Водить без прав — преступление, но не выйти на смену — ещё хуже. Рискнув, я вышла из квартиры, готовая к любым последствиям.
Новый день начинался тяжело, но я знала — это только начало моей новой жизни, где я буду сама решать свою судьбу.
Собрав свои светло-русые волосы в высокий хвост, я натянула рабочую кепку с логотипом заправки, которая, как всегда, казалась мне слишком большой и нелепой. В зеркале отразилось моё уставшее лицо, но я постаралась придать себе бодрый вид — работа есть работа.
Подсобное помещение заправки, служившее нам одновременно и раздевалкой, утопало в полумраке. Всё вокруг выглядело изношенным и повидавшим виды: облупившиеся стены, потрескавшаяся плитка на полу, ржавые трубы под потолком.
Это место действительно изжило себя. Заправка стояла на отшибе, вдали от оживлённых трасс, и клиентов здесь было немного. Неудивительно, что персонал постоянно менялся — зарплата не радовала, а добираться до работы приходилось издалека. Даже на пост охранника уже месяц не могли найти человека.
Сменив Вику с ночной смены, я принялась за утренние хлопоты. Первым делом проверила работу колонок, убедилась, что все насосы функционируют исправно. Затем тщательно протёрла витрины магазина, выставила свежий товар, проверила сроки годности. Выключила ночное освещение на территории, убедилась, что все камеры верно настроены и работают.
Утренний туман ещё окутывал территорию заправки, придавая всему вокруг призрачный, нереальный вид. Первые лучи солнца пробивались сквозь серые облака, окрашивая небо в нежные розовые тона. Несмотря на мрачность помещения, снаружи начиналось прекрасное утро, и это давало надежду, что день будет не таким тяжёлым, как казалось.
Поправив мятую форменную рубашку, я с досадой отметила, как потускнел когда-то яркий логотип на груди. Старая тёмно-синяя ткань местами выгорела на солнце, а на рукавах виднелись едва заметные катышки. Брюки, некогда строгие и элегантные, теперь выглядели изрядно поношенными — на коленях проступали едва заметные складки. Бейджик с именем болтался на изношенной цепочке, а на краях уже появились потёртости. Чёрные туфли, обязательные по дресс-коду, тоже не блистали — на каблуках виднелись мелкие сколы, а на носах — едва заметные царапины.