— Можно мне коктейль «Медуза»? — обратилась я к бармену, указывая на красочный слоистый напиток. — Тот самый, с голубым ликером и сливками.
Бармен понимающе кивнул, и его ловкие руки начали творить волшебство. Он наполнил высокий бокал льдом, аккуратно наслоил ликёр, сироп и сливки, создавая эффект полупрозрачных щупалец медузы. Сверху он украсил напиток взбитыми сливками и тонкой струйкой гренадина, которая медленно опускалась в синеву напитка.
Пока напиток готовился, я облокотилась на стойку, наблюдая за танцующими людьми. Музыка здесь звучала приглушённо, позволяя услышать собственные мысли. Но теперь эти мысли были лёгкими и беззаботными, а не тяжёлыми и гнетущими, как раньше.
Бармен поставил передо мной готовый коктейль, и я с удовольствием отметила, как красиво он переливается в свете неоновых огней бара. Первый глоток оказался освежающим и сладковатым, идеально подходящим для этого вечера.
— Следишь за мной? — раздалось над моим ухом, и я чуть не выронила коктейль от неожиданности.
Резко обернувшись, я уже знала, кого увижу — этот голос невозможно забыть. Нет, только не сейчас, парень!
— У меня складывается полностью противоположное чувство, — дерзко бросила я.
Этот нахал стоял так близко, что я была вынуждена задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. На нём была идеально сидящая чёрная рубашка с закатанными рукавами, подчёркивающая широкие плечи. Несколько верхних пуговиц были расстёгнуты, открывая вид на сильную шею. Свободные брюки из тёмного хлопка облегали бёдра и подчёркивали длинные ноги.
— Может быть, это судьба, — протянул он, растянув губы в улыбке, которая обнажила очаровательную ямочку на щеке. — Кстати, ты потрясающе выглядишь.
Его взгляд медленно скользнул по моей фигуре — от линии груди, очерченной красным платьем, к узкой талии и остановился на бёдрах. От такого откровенного внимания мне стало жарко, и я почувствовала, как предательски краснею.
Сейчас у меня действительно возникало ощущение, что он следил за мной. Я никогда не верила в совпадения, а если они и случались, то точно не так часто. Мой разум кричал, что с этим парнем что-то не так, но тело предательски таяло в его присутствии.
— Считаю, что тебе лучше держаться от меня подальше, — твёрдо произнесла я, пытаясь скрыть волнение.
Он рассмеялся, обнажая ряд идеально белых зубов. Его смех звучал так непринуждённо и притягательно, что на мгновение я забыла о своём раздражении.
— Как твоя шея, ангел? — внезапно спросил он, и я рефлекторно потянулась рукой к тому месту, где под толстым слоем тонального крема скрывались синяки.
— Не называй меня так, — шикнула я, стараясь звучать строго, но моё сердце предательски участило свой бег, грозя выпрыгнуть из груди.
— Но ведь имени ты мне своего не говоришь, — произнёс он, положив большую руку на барную стойку прямо за моей спиной. Его пальцы, длинные и сильные, словно случайно скользнули вдоль линии моего позвоночника, вызывая целую армию мурашек, которые побежали вниз по спине.
От этого лёгкого прикосновения по телу прокатилась волна жара, а предательские гормоны устроили настоящий бунт. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам, а дыхание стало прерывистым. Его близость, запах его парфюма — терпкий и мужественный — кружили голову, заставляя забыть обо всех предостережениях разума.
8. Больница
Словно получив электрический разряд от его прикосновения, я резко отстранилась от барной стойки, чувствуя, как жар от его руки всё ещё горит на моей коже. Его самодовольная ухмылка только подлила масла в огонь моего раздражения.
«Чёрт, он ведь делает это специально, наслаждается моей реакцией», — пронеслось в голове, пока я пыталась взять себя в руки.
— И как тебя парень одну отпускает по таким местам? Не боится, что украдут? — усмехнулся этот нахал, его голос звучал слишком уж ехидно.
Я развернулась к нему, стараясь сохранить невозмутимость, хотя внутри всё кипело от злости. Его близость, его запах, его слова— всё это выводило меня из себя.
— У нас доверительные отношения, — бросила я сухо, стараясь не показывать, как его слова задевают меня.
Его взгляд скользнул по моему лицу, словно пытаясь прочитать мысли, а я с трудом сдерживала желание огрызнуться в ответ. Этот тип имел удивительную способность лезть мне под кожу, вызывая целую бурю противоречивых эмоций — от раздражения до необъяснимого влечения.
— У тебя тональник потёк, обнажив следы ваших доверительных отношений, — ответил он, отпив воду из бутылки. Его кадык дёрнулся при глотке, и я невольно сглотнула, поймав себя на этом.