Но боль в колене безжалостно возвращала в реальность. Она пульсировала с каждым шагом, заставляя делать всё более длительные остановки. Рабочие брюки превратились в лохмотья, но сейчас это казалось совершенно неважным.
И тут... шаги. Я отчётливо услышала их. Они были позади, совсем близко. Кровь застыла в жилах. Страх накрыл чёрной волной, заставив сердце замереть. Хотелось свернуться в клубок, спрятаться, сделать вид, что всего этого нет, что это просто кошмарный сон.
Почему? Почему именно со мной? За что мне всё это? Я не хочу умирать! Не хочу заканчивать жизнь вот так, в этом проклятом лесу, истекая кровью. Я ведь даже не успела пожить для себя, всё время решала чужие проблемы, а когда наконец позволила себе передохнуть — появился он.
Тьма обступала со всех сторон, словно живое существо, затягивая в свои холодные объятия. Я напрягала зрение, пытаясь разглядеть что-то в этой кромешной темноте, но видела лишь размытые силуэты деревьев.
Каждый нерв был натянут до предела. Я знала — он где-то здесь. Может быть, стоит за тем огромным деревом? Сердце билось где-то в горле, готовое выскочить от страха.
Луна, мой единственный союзник в этой битве за выживание, предательски спряталась за плотными облаками. Теперь лес погрузился в абсолютную тьму, где каждый шорох мог означать смерть.
В ушах стоял гул, похожий на набат. Я прислушивалась к каждому звуку: треск ветки, шелест листьев, собственное тяжёлое дыхание. Всё сливалось в какофонию ужаса.
Тени становились всё гуще, казалось, они оживали, тянулись ко мне своими чёрными лапами.
Я замерла, пытаясь уловить малейшее движение. Время остановилось. Каждая секунда тянулась бесконечно. Лес словно затаил дыхание, ожидая развязки.
Послышался снова какой-то звук. Хруст ветки? Или просто моё воображение играет со мной злую шутку? Я не могла быть уверена ни в чём. Оставалось только одно — двигаться дальше, несмотря на страх, несмотря на боль, несмотря на тьму, которая, казалось, вот-вот поглотит меня целиком. Хромая и спотыкаясь, я продолжила медленно идти вперёд.
Голос раздался словно отовсюду одновременно, разрывая тишину острыми когтями.
— Какая упёртая... Ты действительно думаешь, что у тебя есть шанс сбежать от меня? — его слова звучали оглушительно громко после долгой тишины, будто он находился сразу во всех уголках леса.
Я вжалась в дерево, пытаясь определить источник звука, но он играл со мной, кружил вокруг, как хищник вокруг раненого зверя. Его уверенность в победе была почти осязаемой — он знал, что пути к спасению нет. Но я отказывалась сдаваться, отказывалась показывать слабость.
Страх сковывал внутренности ледяными тисками. Да, я боялась. Боялась боли, боялась смерти. Кто бы не боялся в такой ситуации?
— Отвали! — мой крик эхом отразился от деревьев, прозвучав жалко и слабо даже для моих ушей.
В ответ раздался его смех — бархатистый, почти музыкальный, и от этого ещё более жуткий. Как у такого монстра может быть такой голос?
Кровь пропитала брюки, стекала по ноге, а туфли издавали отвратительный чавкающий звук при каждом шаге. Силы покидали меня с каждой каплей потерянной крови. Когда боль стала невыносимой, когда земля под ногами превратилась в предательскую трясину, я рухнула на колени в холодную грязь.
Рана вспыхнула новой волной агонии, заставив меня зашипеть от боли.
— Чёрт... — прошептала я, чувствуя, как дрожат руки, как стучат зубы от холода и страха.
Тьма вокруг сгущалась, словно наслаждаясь моим падением. Лес больше не казался просто местом укрытия — он стал моей могилой, а преследователь — моим палачом.
От отчаяния я сломалась. Нервы, которые я так старательно держала в кулаке, наконец не выдержали. Горячие слёзы потекли по щекам, размывая грязь и страх. Я снова попыталась подняться, но тело предало меня — ноги словно увязли в болоте, отказываясь подчиняться.
Слёзы застилали глаза, превращая окружающий мир в размытое пятно. Я не хотела сдаваться, но моё измученное тело больше не слушалось. В этот момент я почувствовала себя по-настоящему жалкой — слабой, беспомощной жертвой, загнанной в угол.
И тут я увидела его — чёрную тень, которая медленно, словно наслаждаясь моментом, двинулась в мою сторону. Видимо, ему надоело играть со мной, и теперь он решил закончить начатое. От ужаса я рухнула на задницу и начала отползать назад, в грязь, в темноту.
Истерика накрыла с головой. Слёзы превратились в рыдания, которые я не могла, да уже и не хотела сдерживать. Всё тело содрогалось от всхлипов, а разум заполнял только один страх — страх смерти.