Отложив колодку, узник ухватил прутья в месте слома и не без труда выгнул их внутрь, чем создал в решётке вполне приличный лаз.
- Хе, хе, хе, - оказавшись в коридоре, гном победно отсмеялся, после чего подскочил к ближайшему стражнику и принялся снимать с его талии широкий пояс с мечом и кое-каким снаряжением, вероятно антимагическим.
- Да брось ты его, не этим сейчас надо заниматься, - возмутился наблюдающий за процессом сбора трофеев Тихон.
- Не учи учёного, яблоко мочёное, - без злости огрызнулся Грома и нацепив пояс с мечом на себя, направился ко второму лежащему в коридоре стражнику, у которого забрал не только меч, но и снял с головы шлем.
Приободрившись от полученных трофеев, гном, пытаясь нахлобучить на голову явно маловатую ему защиту, поспешил к камере Тихона.
- Колодку возьми, дубина! – возмутился Глава.
- Спокойнее, меч привычнее, меньше сил уходит, - бегло изучив добротный, судя по фиолетовому отблеску с большим количеством укрепляющих присадок стальной клинок, произнёс гном.
- К стене, - скомандовал он, после чего перехватив явно неудобную для своих больших ладоней рукоять меча двумя руками, применил боевой навык, резко и звонко наискось перерубив одни из прутьев.
Лезвие меча, перерубив цель, не выдержало вложенную в него вибрацию и с жалобным звоном переломилось.
- Жопорукие людишки, никогда не умели с металлом работать... - задумчиво посмотрев на покалеченное оружие, прокомментировал поломку гном, после чего бросил сломанный меч на пол. Следом за мечом отправился отказавшийся налезать на его голову шлем.
Выгнув перерубленный прут и слегка разогнув своими ручищами два крайних, Грома, не дожидаясь пока Глава с трудом протиснется через впритык сделанное отверстие, направился к ведущей из тюремного блока двери.
- Нам не в ту дверь, - извиваясь и браня в сердцах вредного гнома, бросил невольному товарищу Тихон.
- Да знаю я, давай быстрее! – подскочив к двери, огрызнулся Грома.
Изучая препятствие, он начал мрачнеть на глазах.
Глава, протиснувшись наконец между прутьями, подошёл к гному, чем приблизил к двери их главный источник света – парящий над правым плечом старика яркий светлячок.
- Мы попали, а возможно даже пропали, - постукивая по двери костяшкам пальцев, мрачно произнёс гном. – Они что, железо из дерьма перегоняют? – задал он Тихону не требующий ответа вопрос, после чего пояснил:
- Я думал всё куда скромнее, а здесь металлическая плита в два пальца толщиной. Кранты нам в общем.
Стражники, как и охраняемые ими пленники, запирались здесь снаружи. Чтобы открыть дверь, необходимо было отодвинуть крепкий засов с той стороны.
- А если сбить петли? – кивнул Тихон на массивные и конструктивно крайне неудобные для разрушения крепления.
- Мой навык имеет определённые ограничения, короче, дверь слишком массивная. Выломать её тоже не выйдет, она открывается внутрь и очень хорошо подогнана. Ладно, пошли в другую сторону, если уж и возиться с препятствием, то хотя бы с нужным.
Перейдя в другую сторону коридора и прихватив по пути сломанный меч, товарищи принялись довольно безуспешно вскрывать ведущую в основной комплекс дверь.
Грома, поняв, что сходу препятствие не одолеть, принял решение:
- Идём к моей камере, надо выломать один из прутьев. Попробую использовать его как лом и разбить камень у петель. А ты пока сними со стражников перчатки, они понадобятся во время работы. Боги, да мы здесь уже десять минут возимся… - застонал он.
- Спокойствие, у нас ещё есть фора, - успокаивая скорее самого себя, нежели собеседника, произнёс Тихон.
Гном на сказанное проворчал:
- Я вполне уверен, что имперцы полезут внутрь не раньше, чем через час, а то и все два. Но вот перекрыть два единственных выхода на поверхность они вполне могут и через двадцать минут.
Справившись с прутом менее чем за минуту и так и не сумев натянуть на свои ручищи снятые со стражника перчатки, гном, приноровившись, собирался уже ударить прутом по стене, как имеющаяся в двери смотровая заслонка с лязгом отворилась.
Глаза Грома встретились с глазами смотрящего в заслонку человека. Тот, коротко изучив гнома и стоящего чуть позади Тихона, очень твёрдым и даже властным голосом произнёс:
- Без глупостей, мы люди Аластора.
При этом сказано это было не только с утвердительной, но и с вопросительной интонацией.
Грома, который тугодумом никогда не был, опустил прут на пол и делая несколько шагов от двери, ответил:
- «Без глупостей» - моё второе имя…
Засов с той стороны лязгнул, тяжёлая металлическая дверь отворилась.
Около десяти секунд четверо мужчин напряжённо изучали друг друга.