Лёжа под распластавшимся Таем, Ксения умирала от страха. Видеть она, конечно же, ничего не могла, да и не хотела, а вот слышала всё прекрасно. Когда Труфс подошёл совсем близко, ей показалось, что ещё мгновение, и её сердце просто разорвётся от страха. Она снова оказалась трусихой: как раньше, как всегда!
Её начала бить крупная дрожь. Охваченная паникой, она чуть не забилась под Тайроном в истерике. Ей нестерпимо захотелось выскочить из своего убежища и мчаться, куда глаза глядят, лишь бы только подальше от страшного Труфса и от мужского барака.
Тайрон вовремя почувствовал её состояние и, не имея возможности шевельнуться, чтобы погладить и успокоить, осторожно и нежно прикоснулся губами к её виску, проложил дорожку невесомых поцелуев по щеке к глазам и лбу. Да так и застыл, приложившись к нему губами по центру.
Ксения сначала взбеленилась. Да, что он себе позволяет? Так захотелось освободить руку и врезать ему по щеке, что даже дрожать перестала. А потом вдруг резко волна раздражения и страха схлынула, оставив после себя лишь ощущение его губ на её лице и приятное успокаивающее тепло.
С ним не страшно: он спасёт, защитит, прикроет, ему можно довериться. Ксения не знала, откуда вдруг к ней явились эти мысли, с чего возникла такая убеждённость. Она просто прочно и незыблемо поселилась в её душе. Как будто, пользуясь своим новообретённым магическим даром, Ксения решила отыскать для себя самую надёжную защиту в этом мире, и с успехом её нашла.
Она враз обмякла и успокоилась, уставившись прямо в глаза высокородному. Он опять почувствовал её изменившийся настрой, на мгновение слегка прикрыл веки, как будто одобряя, сделанный ею выбор, и снова поцеловал, чуть коснувшись губами её щеки.
Место поцелуя тут же запылало, а Ксении катастрофически перестало хватать воздуха. Она уставилась на Тая молящим взглядом, мысленно уговаривая прекратить изощрённую пытку, но высокородный сделал вид, что ничего не понял, и продолжил её целовать.
Ксения не просто успокоилась, она оглохла, ослепла и онемела. Всё, что она могла ощущать в данный момент, сосредоточилось в месте прикосновения губ Тайрона Ортса к её коже.
Очнулась она от громкого стука закрываемой двери и бодрого голоса Хмурга:
- Ну, кажется, на этот раз пронесло! Можешь выпускать её из плена, охрана ушла.
Глава 27. Безвинная жертва слепой ревности
С этими словами сладостный дурман в голове Ксении окончательно развеялся. Это что такое сейчас было? Неужели, она и вправду влюбилась в Тайрона Ортса? Таяла под его губами, как весенний лёд под тёплыми лучами солнышка.
Да, нет же, нет! Не может этого быть! Не так. Ксения всегда влюблялась не так. На предмет своего обожания она смотрела с придыханием, с чувством глубокого восхищения, граничащего с поклонением, а Тайрон выводил её из себя чуть ли не каждую минуту. Он зачастую бесил её одним своим видом, нагло-вызывающим отношением к тем, кого считал ниже, замашками высородного лорда-зазнайки.
Тут что-то нечисто! Быть может, он использует магию? Утверждает, что его лишили магических способностей, а сам потихоньку ими пользуется? Пусть и не на полную мощь, не всеми, но магичит. Как бы это узнать? Надо подумать, но сначала нужно спихнуть с себя эту высокородную тушку.
-Рада, что ты расположился со всеми удобствами, всё же, я мягче твоего дырявого матраца, но пора бы и честь знать. Сползай! - скомандовала Ксения и попробовала столкнуть Тая, но ничего не вышло. Всё равно, что стену боднула: и больно ударилась, и ни на миллиметр не сдвинула. Почему-то он стал просто невыносимо тяжёлым. Она попыталась заглянуть Тайрону в лицо, но оно было полностью закрыто волосами.
- Вставай, говорю, ты меня сейчас расплющишь! - возмутилась Ксения, не на шутку заводясь. Одно дело, когда стоял вопрос жизни и смерти, вернее попадания в карцер или получения другого тяжёлого, особенно для неокрепшего Тайрона, наказания. Но теперь, когда опасность миновала, такое фривольное поведение становилось недопустимым. Особенно в свете того, чем они недавно занимались с высокородным.
Стоп! А чем собственно? Для себя Ксения уже точно решила, что Ортс воздействовал на неё магически, значит ничего не было. Хоть режьте её, не могла она добровольно плавиться от его поцелуев! Это всё морок! И она докопается до сути, какой-бы та ни была.
Обитатели мужского барака уже отошли от неожиданного визита высокого начальства, в их будничный мирок начало возвращаться живое повседневное общение. Каждый занялся привычными делами, не забывая пристально следить за происходящим в той части барака, где стоял топчан Тайрона. И некоторые уже стали посмеиваться и отпускать сальные шуточки, пока на них не прикрикнул Хмург: