Глава 28. Панацея от сердечной хвори
Сидя на краю орочьей делянки в компании Хмурга, Ксюша рассеянно ковыряла пыль носком сапога. Мысли её витали очень далеко отсюда, и великана она слушала вполуха.
- Не переживай девочка, Ортс поправляется. Ест уже за троих, ещё немного и бегать начнёт, - орк пытался шутить, но выходило у него так себе.
- Угу, - Ксения на минуту выплыла из своих раздумий. - Да… Хорошо… Передавай ему привет, пусть быстрее выздоравливает. Он хоть ест что-нибудь?
Хмург удивлённо уставился на неё: она опять не слушала, что он только что говорил? И так уже третий день, с тех пор, как охрана нагрянула в мужской барак с неожиданной проверкой. Да, что с ней такое происходит? Всё же вроде наладилось, а девчонка сама не своя.
В жизни Ксении и правда внешне всё успокоилось. Ещё две ночи после этого происшествия Сейко и Урс охраняли её сон, а ей, как будто бы, ничего уже не угрожало. Девицы, решившие, что она увела у одной из них кавалера, после выяснения отношений и нежданного заступничества орков, притихли и успокоились. Возможно, затаились до поры, ожидая, когда орки ослабят защиту, но пока не беспокоили - ни словами, ни действиями. Даже не смотрели в её сторону.
Труфс третьи сутки отсутствовал, какие-то важные дела удерживали его при дворе, за порядком в Кай-Ше следил его заместитель Талсо Аск, не посвящённый в детали произошедшего тем вечером. Судя по всему, наказание женского барака откладывалось на неопределённое время, а может, и вообще было под вопросом.
Можно расслабиться и отдохнуть, но как Ксения ни старалась, ничего не выходило. Она постоянно возвращалась мыслями к тому, что произошло между ней и Тайроном, и это сильно её терзало.
Зачем он применил к ней магию? Зачем пытался обольстить? Хочет до безумия влюбить в себя, чтобы она стала безмозглой, безвольной дурочкой, марионеткой, с восхищением глазеющей на властелина своих дум, мыслей и сердца?
Да-да! Ему только и нужно, чтобы она, не рассуждая, делала всё по его указке, выполняла, что он хочет, потеряв себя и растворившись в нём. Конечно, ему так удобнее! Выгоднее! Спокойнее! А ей? Что будет с ней?
Ксения саркастически хмыкнула и покачала головой, напрочь позабыв, что сидит напротив Хмурга, и не замечая его озадаченного взгляда.
О том, что они когда-нибудь с Тайроном Ортсом смогут быть вместе, даже думать не стоит. Это заведомо провальная история. Хотя она думала, забывалась и думала об этом, чего уж теперь перед самой собой лукавить. Тайрон - очень привлекательный, во всех смыслах, мужчина: красив, умён, воспитан, сексуален.
Ой, да что там говорить, радиус поражения женских сердец у него не меньше километра. Если бы он только поманил пальцем, любая была бы его. Но ему не нужна любая - только самая лучшая! И это делает его ещё более притягательным.
А бедное Ксюшино сердечко, не привыкшее к столь яростному напору мужского обаяния, кажется, уже не выдерживает обороны и готово поссориться с головой в стремлении выбросить белый флаг и сдаться на милость победителя. Глупое, глупое сердце! Она не ровня, не пара Ортсу: высокородный никогда не свяжет свою жизнь с простолюдинкой. Даже с такой необычной, владеющей магией. В этом Ксения не сомневалась ни капли.
Это только в сказках принцы влюбляются в Золушек. В реальности же они ими пользуются, удовлетворяют свои прихоти, чего бы они не касались, а потом бросают, безжалостно и грубо. И никогда не возвращаются назад!
Зачем это всё? И так ей хуже некуда. Она умудрилась попасть в чужой мир, став в нём бесправной пленницей, и так неудачно вляпалась в эту историю с обретением чужой магии. Практически присвоила то, что предназначено не ей, поэтому теперь постоянно чувствует себя виноватой, должной Тайрону. И от этого ей самой тошно.
- Э-э-эх! - в груди невыносимо запекло и Ксюша протяжно вздохнула, надеясь хоть немного унять это ноющее ощущение. Как же больно, когда ты начинаешь искренне к кому-то привязываться, и вдруг понимаешь, что тебя банально используют. Что теперь делать? Она же по-другому не умеет: наивная дурочка, не приспособленная к жизни ни в своём, ни в чужом мире. Стать бесчувственной стервой? Так у неё всё равно не получится: она жалеет всех и вся. И как дальше жить?