Значит, Гавр мне соврал, когда сказал, что справится. Либо теперь ясно, что он имел в виду. Но мне наверняка правильно казалось, насколько для него это плохо. Чтоб Гавр спал с проститутками… это как он должен себя чувствовать, чтобы на такое решиться? Как он должен себя чувствовать после них? Я даже теперь понимала, почему сейчас так беситься Раф. Потому что это наша вина. То есть – моя в частности.
Пока же я занималась формированием причины для своего будущего самоуничтожения, мою руку накрыла небольшая девичья ладонь.
– Все будет хорошо, – сказала мне девушка.
Она сидела рядом со мной на диване, ухоженная и очень симпатичная, черноволосая с выразительными карими глазами. И держала в руке альбом для рисования, на котором карандашом было изображено смеющееся лицо Мэрилин Монро.
– Спасибо, – сказала я ей. – Это ты нарисовала?
– Да.
– Красиво и очень похоже.
– Мне все так говорят.
И тут меня осенило – что она тут может делать? Такая же дура, как я.
– Ты здесь работаешь? – спросила с ужасом.
Она почему-то пожала плечами.
– Нет пока. Восемнадцать мне исполниться только через два месяца.
– Только не говори, что ты еще девочка.
Она немного смутилась.
– Это так заметно?
Но в этот момент раздался звонок, и мне сообщили, что такси у входа. Я поднялась и напоследок ей сказала:
– Прими мой совет – беги отсюда, как можно скорее и дальше.
Глава 7
Целый день мне отчаянно хотелось поговорить с Рафом. Но, учитывая его настроение, приходилось ждать, когда он сам соизволит позвонить или наведаться в гости. Дома я не находила себе места. Не раз одергивала, чтобы не набирать номера братьев. Вместо них позвонила матери.
– Как ты там? – спрашивала ее.
– Хорошо, уставать только стала сильно, а так ничего.
– От чего уставать?
– Так я на работу вышла. К Светлане в булочную.
– А Толик чем занят?
– Его опять уволили, сейчас новую работу ищет.
Я едва не заскрипела зубами. Как же меня раздражал мой отчим. Порой вел себя вполне нормально, и вроде руки дельные, работящий. Одна беда – любил выпить, из-за чего часто лишался работы. И мать вслед за собой утягивал, у которой тоже имелись проблемы с алкоголем, за что я его не особо любила. И вроде только у них что-то налаживалось, в какой-то момент скатывалось к исходной точке. А я каждый раз как дурочка верила, что все действительно идет на лад. Нет, надо было срочно увозить ее оттуда. Невзначай настоять на приезде ко мне в гости, а до этого подыскать хорошую клинику.
– Мам, а денег, что я перевожу, вам не хватает? Сколько ты получаешь в той булочной? Давай я буду переводить на эту сумму больше?
– Да ну, не надо. Нам и так хорошо, хватает всего. Вера и продукты приносит, и лекарства, если что вдруг. Это я для себя на работу выхожу, чтоб дома не сидеть. Лучше расскажи, как ты, моя дорогая?
– Я хорошо. Меня повысили, скоро поеду в Милан со своей коллекцией, представляешь?
– Молодец, бабушка тобою бы гордилась.
– Мам, а ты не хочешь приехать ко мне в гости?
– Не-е-ет, ты что? Как я Толика оставлю? И работа еще.
– Мам, мне очень нужно, чтобы ты приехала. Я соскучилась. А сама приехать не могу, меня точно работа не отпустят. Ну хоть на недельку, а?
– Я спрошу у Толи, хорошо?
– Хорошо. Или хотя бы, если у меня получится взять отпуск после Милана, давай с тобой куда-нибудь съездим отдохнуть?
И хоть я имела в виду какой-нибудь санаторий, раньше времени говорить ей не стала.
– Это было бы отлично, – согласилась она.
На этом я и успокоилась. Но лишь в одном вопросе. Занять себя делами тоже не удавалось – я не могла на чем-то сосредоточиться. В итоге решилась на смс:
«Раф, очень жду тебя сегодня, нужно поговорить»
Сработало ли мое сообщение или что-то еще, но он все-таки явился, уже вечером. Уставший и серьезный. И первым делом налил себе виски. Затем подошел ко мне. Он поднял руку и запустил пальцы в мои волосы, после чего скользнул ими к лицу, прошелся по губам и взялся за подбородок. И наконец сказал хоть что-то:
– Как же ты мне дорого обходишься.
Как ни странно, а я поняла, что он говорил вовсе не о деньгах. Но и мне было что ему сказать: