Один-единственный недоумок испоганил практику всему курсу, карьеру двум преподам, обеспечил проблемами кафедру и академию, угробил редкую зверюгу, и сам сдох, тварь такая.
- Скорее всего, ваши путы задели рану на спине, поэтому виверна взбесилась, — заключил Матэмхейн.
- Вот безмирье, — процедила сквозь зубы, яростно сжимая кулаки. – Клянусь, если бы он уже не сдох, сама бы его спалила повторно.
Мне на лоб легла прохладная ладонь и по телу разнеслась волна холода остужая. Внутри недовольно зашипели, от чужого вмешательства. Я подняла удивленный взгляд на мужчину рядом.
- Спокойнее, Флора, — сочувственно заметили мне. – Вы не виноваты.
Я поспешно отвела взгляд. Черт, неужели меня видно насквозь?
***
Тело чешуйчатой мы, конечно, забрали с собой. Иначе попробуй потом докажи, что вообще была какая-то виверна и кого-то там подпалила. На обратном пути заодно заглянули и в логово варгов и расправились с ними. Как мне подсказывал здравый смысл, практику нашу быстро свернут, а оставлять селян разбираться с нежитью, как-то совесть не позволяла.
Возвращения нашего ждали все толпой. И приветствовали как героев. Хотя ничего радостного в произошедшем я не находила. Местные ладно, у них одна забота – свое поселение защищать. А вот чему так радовались адепты…
Тело ящерицы мы им, конечно, продемонстрировали. Практически практику провели на наглядном пособии, позволив предположить, как с такой справится лучше всего. После чего я посоветовала Матэмхейну не просто закрыть тело куда-то на замок, но и несколько охранок наложить – чтобы ушлые студенты не растащили доказательство на сувениры.
А еще пообещала себе, что по возвращении добьюсь, чтобы все – и следователи, и боевики прошли курс по протоколу действующего боевого мага и сдали зачет. В этих головах крепко-накрепко должно закрепиться понимание – не трогай незнакомую тварь, особенно если она не трогает тебя, и сообщи старшим.
Дальше все завертелось в знакомой рутине. Всю информацию по делу нужно было собрать сразу, тратить телепорты на возвращение сюда никто не станет. Поэтому были множественные допросы и осмотры. И как я и предполагала, ближе к вечеру прилетел вестник от завкафедрой, что практику сворачивают – следующим утром группу заберут телепортом вместе со столичными следователями. Так что пришлось еще срочно организовывать сборы. Вроде и пробыли здесь всего ничего, а собираться теперь будем полдня минимум. В общем, спать я всех загнала глубокой ночью. Причем сразу предупредила, что поставлю вокруг лагеря следящую сеть, так что любой, кто попытается сунуться в него или высунуться за его пределы, будет хорошенько подпален. Раз уж мне осталось караулить их один день, хотелось бы убедиться, что больше никто не пострадает.
Альберт, тоже весь день скакавший со мной, занимаясь организационными делами, отвалился почти вместе с адептами. А вот мне… не спалось. Муторно как-то было на душе. Прихватив свой запас гномьего самогона, я пошла прогуляться до конюшни у таверны, в которой стояла на пристрое моя Хрумка и несколько личных лошадей адептов.
Хлебая из горла убойный напиток, я прижималась щекой к бархатной золотистой шее своей подруги и тихо жаловалась на всеобщую несправедливость. Та в ответ кивала легонько, пряла ушами и что-то понимающе фырчала.
Что дверь в конюшню открыта и кто-то зашел, я даже не заметила. Как и огонька свечки, пока меня не окликнул знакомый голос.
- Вегерос, вы знаете который час? Вы владельца чуть до инфаркта не довели.
Оторвавшись от родной лошади я обернулась. Напротив стоила оказался Матэмхейн с небольшим подсвечником в руке и сверлил меня недовольным взглядом.
Я вспомнила, что следователи до утра остались ночевать как раз в этом скромном заведении.
- А что не так? – нахмурилась, вспомнив озвученные претензии.
- Трактирщик ко мне прибежал, а стал жаловаться, что в конюшне кто-то шебуршит и ворчит. Они здесь после всего произошедшего слегка нервничают. Побоялся, что еще какая-то нежить объявилась. А тут вы полуночничаете, — с упреком посмотрели на меня.
Мда, не подумала, что хозяин таким бдительным будет. Вот, чтобы ему прошлым вечером такую сознательность не проявить.