В машине я быстро заняла пассажирское сиденье, пока он устраивался за рулём. Пальцы нервно забегали по экрану телефона, набирая номер Громова. Хотя изначально я планировала попросить разобраться с ним Егора, но после этого цирка стало ясно – придётся действовать самостоятельно.
Телефон упорно молчал, пока я в сотый раз набирала этот чертов номер. Наконец-то, после бесконечных гудков, в трубке раздалось недовольное:
— Да, кто это?
— Василий? Это Вика вас беспокоит, — произнесла я, старательно изображая доброжелательный голос.
— Эээ, слушаю. Что-то случилось? — его голос заметно напрягся.
— Мне кажется, вы прекрасно знаете, что случилось? Или мне позвонить Егору Валерьевичу?
— Нет, не стоит! Я всё понял! — в его голосе зазвучала откровенная паника.
— И мне бы не хотелось отвлекать его от важных дел такими мелочами. Давайте решим всё побыстрее, сможете уделить мне пару минут?
— Да, конечно, — промямлил он.
— Хотелось бы поговорить без лишних глаз, где мы можем это сделать?
— Если выбирать безлюдное место... Можем встретиться на одном из наших обьектов. У меня там работа.
— Замечательно, скиньте мне адрес.
— Хорошо, через час буду вас ждать.
Скинув вызов, я уставилась в экран телефона, где высветился адрес встречи. Саша всё это время сверлил меня напряженным взглядом.
— Что? Едем преподавать урок Громову. Заводи машину.
— Виктория Евгеньевна, что за самодеятельность? Такие вопросы может решить только Егор! — его голос дрожал от возмущения.
— Егор нихуя не может решить. — взорвалась я. — Едем, я сказала, либо выходи из машины!
Саша с силой сжал руль. Машина плавно тронулась с места, но напряжение в салоне нарастало с каждой секундой.
— Вы хоть понимаете последствия?
— Последствия? — я резко развернулась к нему. — Ты думал, я буду сидеть и ждать, пока этот козёл продолжит расхаживать безнаказанным? Последствия ты видел в том отеле, это полуживая Жанна! — мой голос сорвался на крик.
Саша неподвижно смотрел вперёд, но я заметила, как его плечи едва заметно напряглись.
— Мы не можем просто так взять и творить самосуд, — негромко произнёс он.
— Можем, — резко оборвала я. — Ты предлагаешь оставить всё как есть?
— Нет, нужно позвонить Егору, — настаивал Саша, не поворачивая головы.
— Я забыла, что ты его боишься. Можешь выйти прямо сейчас, справлюсь без тебя.
Он наконец повернулся ко мне.
— Какой у нас план? — спросил Саша.
— Будем действовать по ситуации. Тебе нужно обезвредить его охрану, с остальным я справлюсь сама.
— Хорошо.
Примерно через час мы добрались до места. Склад находился где-то на окраине, рядом с кольцевой дорогой, в районе заводов и фабрик. Здание выглядело не очень – старое, заброшенное, окна разбиты, стены обшарпанные. Когда мы подъехали, у входа стояла одна машина. Как только мы остановились, из неё вышел Громов – такой маленький, лысый и толстый мужик, с двумя своими ребятами.
Я задрала подол своего длинного платья и достала пистолет из кобуры, которая была пристёгнута к моему бедру. Саша быстро окинул взглядом мою ногу, но сразу же отвёл глаза в сторону. Перезарядив оружие чёткими, отработанными движениями, я посмотрела на него и произнесла твёрдым голосом:
— Выходим.
Саша молниеносно выскочил из машины. Два быстрых, почти бесшумных выстрела — и охрана Громова неподвижно лежала на земле. Сам Громов заметался, озираясь по сторонам.
— Что вы творите?! — его голос дрожал от страха, лицо побледнело.
— Закрой свою пасть, — процедила я сквозь зубы, направляя пистолет прямо ему в лоб. — Будешь дергаться — отправишься вслед за своими ублюдками.
Громов сглотнул, его руки медленно поднялись вверх, демонстрируя покорность.
— Василий, а тебя разве не предупреждали, как следует относиться к моим красоткам? — строго спросила я.
Он заметно напрягся и, помедлив с ответом, начал запинаться от волнения.
— Д-д-да, — выдавил он, заикаясь, — мне говорили...
— И что же пошло не так? — спросила я, пристально глядя на него.
Его лицо покраснело, он нервно сглотнул и начал оправдываться:
— Послушай, это не моя вина! Она сама... Как бы это сказать... Набросилась на меня. Была под чем-то... Мы пытались её оттащить, но что толку? Пришлось применять силу, иначе никак не получалось её успокоить.