Он устроился между моих ног и повторял свои ласки, я уже плохо понимала, что происходит, мне было слишком хорошо, так как никогда ещё не было, оставалось пару секунд для сладостного момента, но он остановился.
— Моё имя Вика, — сказал он, выглядывая из-под моих ног.
«Вот скатина».
Я лишь усмехнулась, давая ему понять, что меня этим не взять, он ухмыльнулся мне в ответ. Языком стал проводить мокрую дорожку от стороны внутреннего бедра до моей киски.
Стоны срывались с моих губ, он стал ласкать меня пальцами, покусывая бедро, вновь и вновь знакомое чувство предвкушения. В следующий момент он быстро переместился и навис надо мной, одним резким толчком вошёл в меня. Я начала беспомощно глотать воздух, ноги задрожали, мышцы внутри стали пульсировать. Он схватил меня за шею, от чего ощущения стали ещё приятней.
— Имя! Кричи моё имя! — орал он, и я сдалась.
— Егор!
Он зарычал, я обняла его спину и прижала руками к себе, продолжая царапать её.
Очень хорошо, слишком...
— Давай, любимая... Ещё... Я хочу... Чтобы ты сказала это ещё раз... Пожалуйста, — шептал он мне на ухо, целуя меня в шею.
Пульсация внутри меня продолжалась.
— Да, Егор...
Он вновь застонал мне на ухо, от этого пошли мурашки по коже, я продолжала крепко обнимать его и царапать спину.
— Мне хорошо, Егор, прошу, не останавливайся... — шептала я.
Сильный толчок, от которого я вскрикнула, и через секунду он кончил в меня. Наконец-то смогла вздохнуть. Мы были просто насквозь мокрые.
После душа легли в постель, и он притянул меня к себе, заключая в крепкие объятия. Его руки были такими надёжными, такими тёплыми, что я невольно прижалась к ним ещё сильнее, сейчас мне хотелось погрузиться в этот момент, забыть на время о том, кто он и кто я, и какие роли нам приходится играть.
— Моя милая... — говорил он, продолжая прижимать меня к себе.
Я медленно повернулась к нему лицом, без слов, без лишних движений, обвила его шею руками, прижимаясь всем телом. Мне никогда ещё не было так спокойно и хорошо.
Его руки медленно скользили по моей спине. Ещё в душе я заметила огромные красные царапины на его спине и огромные багровые синяки и ранки на моей шее. Не самое приятное зрелище, особенно летом, когда закрытую одежду не поносишь.
— Теперь это твой дом. Хватит жить у Кэт, переезжай ко мне.
Я хотела отстраниться от него, но он только крепче прижал меня к себе.
— Егор, никогда, ты слышал уже меня.
— Я предупреждал тебя, что обратной дороги не будет. Обратной дороги в твою свободную жизнь. Теперь ты принадлежишь мне.
— Ты ошибаешься, Егор.
— Это не обсуждается. Будешь жить тут. Матушка тебя уже любит, Гриша к тебе всегда нормально относился, да и с женой его у тебя вроде всё хорошо. Скучно не будет, и здесь безопасно.
— Ты собираешься запереть меня здесь? Тебя не волнует мой бизнес? Клуб? Девочки?
— Нет, я всё понимаю, милая. Поэтому выделю тебе машину охраны для выезда из дома.
— У меня есть Саша.
Он крепче прижал меня к себе и переместил свою руку на мою задницу, легонько сжимая её. Моё тело отреагировало мгновенно, с учетом того, что я лежала только в его футболке, без нижнего белья, и он почувствовал, насколько там стало мокро от одного прикосновения.
— Не произноси это имя. Называй его по кличке. — сказал он с улыбкой в голосе, продолжая меня гладить. — Ты моя будущая жена и должна быть в безопасности.
Я не ответила, лишь закрыла глаза, позволяя себе раствориться в объятиях. Постепенно движения рук убаюкали меня, и незаметно для себя погрузилась в глубокий сон.
Глава 15
Егор.
Ранним утром, пока Вика ещё спала, первым делом я отправился в цветочный магазин — ей нравились пионы, так что сегодня она должна их получить.
Теперь мы ехали к ювелиру. В голове кружились мысли о том, как всё наконец-то складывается правильно. После стольких лет борьбы, сомнений и неуверенности я наконец-то мог назвать её своей. Мысль о том, что совсем скоро она станет моей женой, казалась почти нереальной.
Но даже в этот счастливый момент Влад и Тарас... Эти хищники не собирались отступать. Они продолжали свою охоту, и чем дольше длилась погоня, тем сильнее разгорался их интерес к Вике. Они видели в ней не человека — добычу, трофей, который должен принадлежать им.
Но я не позволю. Когда мы поженимся, никто и никогда не посмеет даже взглянуть на неё с пренебрежением, не то что прикоснуться. Я готов был защищать её ценой жизни, уничтожить любого, кто посмеет встать на нашем пути. Она будет моей, и никто не сможет этому помешать.