Его прикосновения, которые раньше вызывали приятные чувства, теперь казались грязными и лживыми. Его слова любви звучали как насмешка. Его обещания казались теперь просто инструментом манипуляции.
Снова и снова я просматривала запись, как он выходит из подъезда Виолы и заходит туда вновь. Время будто остановилось, пока я наблюдала за каждым его движением, за каждым шагом. Эти кадры, казалось, были сняты специально для меня — как доказательство того, что моя интуиция никогда не обманывала.
Я знала, что он приедет за мной сегодня — он прислал мне смс об этом ещё в обед. Как иронично, прямо перед тем, как поехал к Виоле. И я просто стала ждать, ждать, когда эта мразь зайдёт сюда.
Продолжая смотреть на дверь, я стала представлять, что скажу ему. И поняла, что лучшие слова — это пули. Они бы сделали свою работу быстрее и чище, чем любые мои обвинения.
Я написала Саше сообщение, чтобы он пришёл ко мне в кабинет. Мне было невыносимо оставаться одной со всеми этими мыслями и чувствами. Когда он вошёл, его лицо мгновенно изменилось, увидев меня в таком состоянии, с пистолетом в руках. Он хотел подойти ближе, но я резко выставила руку вперёд, останавливая его.
— Всё потом, — прошептала я. — Не сейчас. Сядь, пожалуйста, на диван и просто побудь со мной.
В его глазах читалось столько вопросов, столько тревоги и беспокойства. Но он не произнёс ни слова. Просто молча прошёл к дивану и сел.
Я продолжала смотреть на дверь, держа пистолет на коленях. Пальцы слегка подрагивали. Саша не пытался заговорить, не задавал вопросов, просто сидел и смотрел на меня с пониманием и сочувствием.
Услышав шаги за дверью, я нервно сглотнула, сердце забилось в бешеном ритме. Я крепче сжала пистолет в руке, чувствуя, как холодный металл обжигает кожу.
Саша, сидевший на диване, мгновенно напрягся.
Дверь медленно приоткрылась, и он вошел. Один, без своей обычной свиты – ни охраны, ни Миши. Его взгляд нервно перескакивал с меня на Сашу и обратно, а на лице читалось плохо скрытое раздражение, но мне было абсолютно плевать.
— Почему, Егор? Просто ответь, почему? — процедила я сквозь зубы, стараясь сохранять ледяное спокойствие.
— Что здесь происходит? Саша? — резко повернулся он к нему.
— Смотри на меня! — крикнула я, теряя терпение.
— Не понимаю, о чём ты? — его голос дрожал от напряжения.
Я издала короткий, нервный смешок.
— У тебя ещё хватает наглости притворяться!
— Может, кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?
— Скажи мне, ты был сегодня у Виолы? — прямо спросила я.
Его брови удивлённо взлетели вверх.
— Да, был.
Я снова нервно рассмеялась и замотала головой.
— И ты даже не пытаешься это отрицать?
— Между нами ничего не было, — сделал он шаг вперёд, но я вскинула руку с пистолетом.
— Не приближайся! Ты пробыл там целый час!
— Откуда... Ладно, неважно. Я заезжал к ней забрать бумажник, у неё сломался смеситель, затопило всю квартиру, просто помог ей разобраться.
Саша сидел неподвижно, переводя взгляд с моего пистолета на меня, не смотря в сторону Егора.
— А кто тогда скинул мне оплату?
— Какую оплату?! Я ничего не переводил! — он стремительно стал приближаться ко мне.
— Мразь, — проговорила я и нажала на курок.
Грохот выстрела разорвал тишину кабинета, эхом отразившись от стен, пуля попала ему в плечо, заставив издать пронзительный крик. Он схватился за рану, его лицо исказилось от боли.
— Ещё один шаг, и следующая пуля будет в твоём лбу, — процедила я, держа пистолет обеими руками. — Я предупреждала тебя, Егор. Предупреждала, чтобы ты не приближался.
В кабинет вбежали охранники, их оружие было направлено на меня. Они застыли в дверях, готовые открыть огонь.
— Опустили стволы... — прохрипел Егор, с трудом удерживая руку на кровоточащем плече.
Охранники переглянулись, но не спешили выполнять приказ.
— Я сказал, опустили оружие! — повторил он более твёрдо.
Саша всё это время не двигался с дивана, его взгляд был прикован ко мне.
— Вика... — начал он, но я перебила его.
— Заткнись. Больше никаких сделок, ты больше ни копейки не получишь от меня. А если ты или твои люди посмеют прийти сюда, у этого будут последствия.
Мой голос звучал твёрдо и решительно. Я смотрела на Егора, чувствуя, как внутри закипает ярость.
— Ты думаешь, что можешь просто так уйти? — прохрипел он, пытаясь подняться.
— Убирайся, пока я не выстрелила снова, — процедила я сквозь зубы, снова поднимая пистолет.
Его лицо исказилось от ярости или боли.
— Я не изменял тебе! — прохрипел он, с трудом удерживая руку на ране. — Подумай сама, стал бы я так подставляться?