«Это ради твоего же блага. Ты должна понять потом, когда всё закончится».
Я знал, что это всего лишь часть плана, но видеть её такой беспомощной было невыносимо. В голове эхом отдавались крики, которые я слышал в ресторане. Теперь она без сознания, и некому даже позвать на помощь.
«Это ради неё. Ради нашего будущего. Ради того, чтобы всё стало правильно. Ты должна это пережить, чтобы потом всё стало хорошо».
Когда похитители скрылись в заброшенном здании с Викой, я остался один наблюдать за происходящим. Внезапно заметил Влада, он уверенно направлялся к моей машине. Я вышел наружу и машинально достал сигарету, пытаясь скрыть своё напряжение за привычным жестом.
Мы обменялись крепким рукопожатием.
— Спасибо, Саша. Ты всё сделал правильно. Скоро Егор хватится её, и мы сообщим ему удобную для нас правду, — его голос звучал спокойно и уверенно.
Я стоял, окаменев, и только молча кивал, не в силах вымолвить ни слова. Его спокойный голос резал слух.
— Расслабься, с Викой всё будет в порядке. Когда всё утрясётся, ты появишься и как бы спасёшь её, — продолжал он, не замечая, как мои руки сжимаются в кулаки. — А потом вы смоетесь отсюда. Классика жанра.
В горле встал ком. Я понимал, что это часть плана, но слышать подробности было невыносимо.
— Всё будет хорошо, — добавил Влад, похлопывая меня по плечу.
План был запущен, и пути назад не было. Оставалось только следовать сценарию до конца, надеясь, что последствия не окажутся необратимыми. Я снова сел в машину, чувствуя, как сердце колотится в груди. Влад уже скрылся в здании, а время тянулось мучительно медленно.
Внезапно раздался телефонный звонок. На экране высветилось имя Егора. Именно этого момента мы и ждали, он должен был начать беспокоиться и искать Вику. Я заставил себя не брать трубку, хотя пальцы дрожали от напряжения. Он должен думать, что я занят её «спасением».
Через несколько минут пришло сообщение от Виолы: «Всё в порядке?», и я коротко ответил: «Да».
Откинувшись на спинку водительского кресла, я машинально начал перебирать вещи в салоне. Это была её машина, повсюду лежали следы Викиной жизни: полупустая помада на передней панели, косметичка в бардачке, мятные жвачки на подлокотнике. Сзади небрежно лежала её кожаная куртка, пахнущая духами и сигаретами.
Я осторожно взял её в руки, поднёс к лицу и глубоко вдохнул знакомый аромат.
«Всё будет хорошо, Вика, я обещаю»..
Эти слова дались с трудом, ведь я уже сам не был уверен в их правдивости. Положив куртку обратно, я погрузился в воспоминания. В памяти всплывали наши счастливые моменты: как она засыпала в моих объятиях, как я нежно утешал её, как мы коротали вечера, куря и попивая вино.
Я отчётливо помнил тот вечер, когда впервые поцеловал её, этот вкус губ, аромат волос, трепетное прикосновение рук. Это было нечто, что невозможно забыть или заменить. Но куда же привела меня эта всепоглощающая любовь?
Горькая усмешка искривила губы. Теперь я предпочитал спать в машине, лишь бы не слышать её стоны, доносящиеся из комнаты Егора. Она досталась ему, а не мне, хотя именно я, по моему убеждению, заслуживал её больше. Я был готов дать ей всё: заботу, защиту, настоящую любовь. Но судьба распорядилась иначе.
«За что мне это? Почему она выбрала его, а не меня?»
Я знал ответ — потому что Егор был сильнее, влиятельнее, богаче. Потому что он мог дать ей то, чего не мог дать я. Но разве любовь измеряется деньгами и положением?
Эти воспоминания жгли душу, я столько раз представлял, как могло бы быть, если бы она была моей. Как мы могли бы вместе строить будущее, растить детей, состариться вместе.
Но вместо этого я вынужден участвовать в этом чудовищном плане, который, возможно, навсегда разрушит наши жизни. Из-за этого меня терзала совесть, что я так подло решил разлучить её с Егором.
Я помнил, как они были счастливы вместе. Как она смеялась над его шутками, как они проводили время вдвоём. И вот теперь я, движимый эгоизмом и ревностью, решил разрушить их отношения.
Каждый вздох давался с трудом. Я чувствовал себя ничтожеством, предателем. Человек, который клялся защищать её, теперь планировал разрушить её отношения с любимым. Человек, который говорил о любви, теперь плел интриги за её спиной.
«Может быть, это единственный способ её спасти? Может, она поймёт потом, когда всё закончится?» — пытался убедить себя я.
Глава 24
Егор.
— Где она!? — мой крик эхом отразился от стен гостиной. Руки дрожали от ярости и беспокойства, телефон чуть не выскальзывал из вспотевших пальцев.