— И подмазаны…
— Я из деликатности пропустил это слово.
— Столичные волкодавы службы безопасности «Космоса», наверное, опешили, — предположил я.
— Слабо сказано! У них лица просто перекосило от вида этих типографских листов. Тут поставь галочку — это очень непростой момент.
— Поставил.
— Я его пропускаю, чтобы не нарушать хронологию событий. Позже вернемся. На следующий день, прямо с утра, одновременно накрываются две типографии Капренко. Группы работают синхронно по полной программе. С понятыми, соответствующими бумагами, «масками-шоу» — при оружии и прочей, уместной в таком случае, лабудой.
— Шумно, дерзко, нахраписто и красиво.
— Да. Показательно. Это ты правильно подметил. Для гостей из столицы постарались. Театрализовали это действо по максимуму.
— Пацаны в масках любят такие дела веселые. Какой порт приписки у «масок-шоу»? «Альфа» конторская?
— Нет. «Беркут».
— Тоже неплохо.
— Был смешной и в тоже время обидный эпизод. Главный преступник в тот момент был на одной из своих типографий…
— Капренко?
— Да. Он был там.
— И что?
— Упустили. Сумел смыться.
— Как же ему это удалось? — поразился я.
— Лопухнулись малехо.
— Жаль. Так как?
— Типография, в которой он был во время проведения акции, расположена на четвертом этаже. К ней ведут две лестницы. Люди, знавшие его в лицо, поднимались по одной, а он …
— Проскользнул по другой. Ему повезло, — понял я.
— Да. Впрочем, неудивительно. Ты же помнишь его внешний вид? — Майкл сделал обозначающие пассы возле своего лица.
— Конечно. Никогда не забуду.
— Серый крысеныш в тусклом прикиде с лицом вечного двоечника. «Беркутовцы» прошли мимо, когда он шелестел по лестнице вниз, и даже не обратили на него внимания. Кто из нормальных людей мог бы подумать, что хозяин этого «цеха» выглядит как зачмыренный дворник.
— Да, в нем опознать руководителя… — Я покачал головой, — никак нельзя. В лучшем случае он тянет на ночного сторожа.
— Или на начинающего фермера.
— Можно спутать, — немного подумав, согласился я. — И что там было дальше? После того, как Капренко свалил?
— Так, Скиф, его напугали эти «гости», что, улепетывая, оставил он в руках у господ офицеров свою барсетку…
— Правда? — изумленно спросил я.
— На столе, в кабинете старшего по типографии, забыл.
— У него же там блокнот, такой толстый, со всеми экономическими расчетами и прочей бухгалтерией…
— Совершенно верно, и не только записная книжка попала в разряд трофеев. Вся документация по последним движениям в разрезе всех позиций по выпускаемому контрафакту. Присутствовали даже накладные на отгрузку.
— Это же…
— Правильно, это тюрьма…
— Ну, да. Сначала статья, затем суд, а потом тюрьма.
— Идем дальше. Составили соответствующие бумаги, опросили персонал, что-то изъяли, что-то опечатали и…
— Завели уголовное дело, — подсказал я и ошибся.
— И дальше, Жека, началось, то, — голос Майкла приобрел интригующий оттенок, — что происходит обычно в нашем королевстве Датском…
— Ты хочешь сказать, что при таких уликах не завели уголовное дело? — изумился я.
— Нет. Не завели.
— Что менты?
— Ведут до сих пор переговоры с Капренко.
— Начали за здравие, а…
— …закончили за упокой. Все как всегда.
— Чем, думаешь, закончится их сепаратное общение? — поинтересовался я, прекрасно зная ответ на свой вопрос.
— Судя по всему, он опять откупится.
— Если бога нет, то все позволено. Федор Михайлович Достоевский. Очень подходит. — Я горько вздохнул.
— Это откуда?
— «Братья Карамазовы».
— Нам самое время «Преступление и наказание» вспоминать. Если не мы — то кто же? Так, кажется, ты говорил в подобных случаях?
— Всегда успеется.
— Но это, Скиф, как ни парадоксально, не самое шокирующее. Во всяком случае, для меня. — Майкл потянулся за сигаретами.
— Есть еще что-то более интригующее, чем продажность наших ментов? — сострил я.
— Есть. — Он закурил.
— Да, а что конкретно делал твой «Легион»? Почему ты в замазке оказался?
— Мы изъяли типографские листы, о которых я упоминал ранее.
— Каким образом?
— Все так же. Я к нему устроил, за неделю до этого, человечка на неприметную должность. Он и стащил в нужный момент все, что требовалось. И дал…
— Всю необходимую информацию.
— Да.
— Ловко.
— Стандартно, я не об этом, — поскромничал Майкл. — Помогал за долю малую и помогал. Тут вопрос совсем в другом оказался.