Довольная своей маленькой победой Мила поспешила к Санчо. Оставаться на второе отделение конференции теперь не имело смысла. Только Санчо не мог уйти с ней, ведь он должен был к вечеру сдать статью о конференции.
Для Милы свободная половина субботы стала знаком свыше, чтобы сделать то, что она давно собиралась — поговорить с Жанной. Теперь, когда все знали правду о ее интригах, пришло время попросить прощения у той, кому она причинила самую сильную боль.
Жанна была дома, когда ей позвонила Мила. Она удивилась звонку, но была рада пригласить ее на чай и сбегала в ближайший универсам за сладостями. Зайдя в Жаннину квартиру, Мила сразу почувствовала аромат фруктового чая. На кухне все было накрыто. Она сняла плащ, разулась и пошла за хозяйкой.
— О чем ты хотела поговорить? — разливая заварку, с улыбой поинтересовалась Жанна.
— Я пришла, чтобы попросить у тебя прощения, — честно ответила Мила и поймала на себе непонимающий взгляд. — Да, Жанна, я пришла просить прощения, потому что из-за меня ты страдала.
— Не понимаю. Что ты хочешь сказать?..
— Для начала ты должна знать, что я люблю Костю. Люблю с шестнадцати лет…
И Мила все ей рассказала. Жанна забыла про чай и сладости. Она опустилась на стул и молча ловила каждое Милино слово. По ее щекам медленно катились слезы, старые раны вновь закровоточили, и любовь, которая так никуда и не делась за полгода, тягучей болью отдалась в сердце.
— Прости меня, Жанн, пожалуйста, прости… — Мила тоже плакала, она видела, с каким трудом Жанна выслушивала ее признания.
— Простить?.. — еле слышно переспросила Жанна, не поднимая на нее взгляда. — Да мне не за что тебя прощать… Костя изменял мне не с тобой. Да, ты могла бы выбрать менее жестокий способ, чтобы открыть мне глаза, но зато потом поддержала, и этого я никогда не забуду.
— Ты серьезно? — нахмурилась Мила и внимательно посмотрела на Жанну, стараясь рассмотреть сарказм или издевку, но ничего подобного не было. — Жанн, даже Алиса месяц обижалась на меня, а до этого наорала. А ты так просто прощаешь?
— Не люблю жить с обидами. Сейчас я понимаю — то, что случилось, было к лучшему. Костя не перестал бы мне изменять, меня ему было мало. Когда-нибудь я бы все равно узнала, и вот тогда… тогда могло быть уже поздно. Лучше так.
— Ты потрясающая женщина. Знаешь, ты мне правда нравишься. И всегда нравилась.
— Почему ты пришла ко мне именно сейчас? Почему не раньше?
Мила опустила взгляд на чашку в мелкий цветок. Она понимала, почему именно сейчас, но знала, что Жанне будет больно услышать это.
— Мил?..
— Потому что я беременна и хочу исправить свои ошибки до того, как мой ребенок появится на свет. Мой малыш не должен стыдиться меня.
— Беременна? Ты беременна? — Жанна уронила ложечку с сахаром, и сахаринки рассыпались по столешнице.
— Да, — кивнула Мила.
— Но ты же сказала, что не помирилась с Костей.
— Нет. Не помирилась. А о ребенке я узнала в тот день, когда мы с Викингом рассорились.
— Подожди, хочешь сказать, что он не захотел мириться, несмотря на ребенка?
Мила усмехнулась и отвернулась. Ей вдруг стало невыносимо стыдно перед бывшей подругой, но Жанна неожиданно взяла ее за руку. Полгода назад, так же сидя на кухне, Мила ее подбадривала. Неужели теперь они поменялись ролями?
— Викинг мне не поверил. Он решил, что я имитирую беременность, чтобы его вернуть.
— Не может быть! А как же тест? Как же заключение врача? Ты показывала ему что-нибудь?
— Положительный тест можно купить в интернете, а врач за хорошие деньги выпишет любую справку, — горько усмехнулась Мила, вспоминая слова Викинга.
— Идиотизм! Я позвоню Косте и попробую вправить ему мозги!
— Не надо, Жанн! Пусть не верит. Придет время, и он не сможет закрывать на это глаза.
— Но Мил!
— Прошу тебя, не надо.