— Ты?! — на выдохе произнесла она, и Косте показалось, с облегчением.
— Нам надо поговорить, Мил.
— Не о чем нам говорить. Пока, — она развернулась и хотела пойти к лифту, но Костя ухватил ее за руку.
— Есть о чем. Ты пряталась от меня две недели, но теперь не получится.
— Я не пряталась, Викинг, просто не хотела тебя видеть. Это разные вещи.
Мила не стала вырываться, она не прятала глаза, не горела румянцем и не злилась. Костя не увидел в ней никаких эмоций, словно перед ним была не любимая девушка, а фарфоровая кукла.
— Ты принимала какие-то лекарства? — нахмурился он и выпустил Милу из рук.
— Нет, — она демонстративно отряхнула плечо, словно сбрасывая невидимую грязь, которая осталась от Кости.
— Что с тобой? Мила, это же я…
— И что с того? Викинг, мы расстались, помнишь?
— Но это можно исправить!
— Нет. И давай прекратим эту сцену в подъезде.
Мила обогнула Костю и стала подниматься по лестнице. Он понял, что она просто боится оказаться с ним в лифте наедине. Значит, ее уверенность не так непоколебима. Чуть помедлив, Костя бросился за ней. Он ждал новый отпор, но, открыв дверь в квартиру, Мила неожиданно пригласила его войти.
— Я сделаю нам кофе, и поговорим. По-другому ты не уйдешь, — сказала она и прямо в обуви прошла на кухню. Костя разулся и пошел следом.
— Я рад, что ты согласилась поговорить. Милая, мне так жаль. Ты даже не представляешь. Я не думал, что все может зайти так далеко, нам многое нужно прояснить, — он замешкался, хотел подойти к Миле и обнять, но все же решил не торопить события.
— Не так много, как ты думаешь. Говорить буду я, — Мила даже к нему не повернулась, она достала банку молотого кофе и насыпала три ложки в турку. — Не хочу из кофемашины. В турке вкуснее.
— Да плевать на кофе!
— А мне нет. В больнице мне не давали, а бурду, что можно было пить, зря назвали чаем. — Она поставила турку на плиту и, наконец, повернулась к Косте. — Викинг, то, что я сказала насчет нас, правда. Я не хочу быть с тобой. И это не обида. Ты мне больше не нужен.
— Я тоже переживаю. Это был и мой ребенок!
— Это тут ни при чем. По сути, я рада, что так вышло.
— Что?!
— Ты же знаешь, что я сделала это специально?
— Что именно?
— Что именно… — задумчиво повторила Мила и улыбнулась. — Да все! Все с самого начала. Я забеременела, чтобы тебя привязать к себе. Думаешь, я действительно так сильно хотела ходить жирной бочкой, рожать и менять пеленки? Нет! Мне нужен был ты! Только тут я просчиталась. То время, что мы были в разрыве, прояснило голову. Я уже получила тебя, поставила галочку напротив «влюбить в себя Викинга» и больше никакого интереса к тебе не испытывала. В новых обстоятельствах ребенок стал бы для меня обузой.
— Ты что несешь? — Костя вскочил с табурета, подлетел к Миле и схватил ее за плечи. — Кончай комедию ломать, Малявка! Не зли меня!
— Это не комедия, Викинг! Знал бы ты, как сильно меня взбесил, когда наорал после того, как я ходила к Жанне. Тогда я пообещала, что ты пожалеешь. Я специально устроила аварию, чтобы ты до конца дней мучился. Тебе ясно?
— Сумасшедшая… — Костя отпустил ее и отшатнулся. — Я тебе не верю.
— Мне плевать, — пожала плечами Мила и отвернулась к плите, где шипел кофе. — Черт. Кофе убежал…
Костя не мог больше находиться с ней в одном помещении. Он вылетел в прихожую, как ошпаренный, наспех надел ботинки, даже не зашнуровав, и выбежал из квартиры Малявки. Ему казалось, что из легких выбили весь воздух. Алиса была права. Прежняя Мила исчезла, а та женщина, которая сейчас с ним разговаривала, была ему незнакома. Он сел в машину и выехал на шоссе. В голове крутились ее слова, что Мила специально бросилась под машину. Но зачем поступать так, если она всего-навсего хотела избавиться от ребенка? Почему не сделать аборт? И как можно так быстро перемениться? Нет! Мила врала, и Костя точно это знал. Он резко повернул машину, и ему засигналили со всех сторон, но Косте было все равно. Был только один способ узнать, врет Мила или нет.
Как такового разбирательства ДТП не было. Матвей заплатил круглую сумму, чтобы его падчерицу не трогали, а запись с видеорегистратора перекочевала в архив. Костя верил, что ему удастся все прояснить с самой Малявкой, и не торопил служащих. До разговора с Милой. Теперь он намеревался забрать видео, даже если для этого придется применить силу. В архиве ему не помогли, но после хорошей взятки пообещали отправить запись на диске с курьером следующим утром. Еще целые сутки ожидания.