— Антон! — крикнула Мила, и только тогда парочка увидела незваных гостей.
— Мила… — Антон попытался скинуть с себя Лидочку, но та, прикрыв грудь простыней, прижалась к нему так, что он не смог ее сдвинуть.
— Вот ты тварь… — Костя сделал шаг к любовникам, но Мила успела его остановить.
— Не надо! Они того не стоят! — решительно сказала она, снимая с руки помолвочное кольцо.
— Мил… — простонал Антон, наконец освободившись от Лидочки.
— Молчи! Ничего не смей говорить. Забудь обо мне, — она швырнула ему в лицо кольцо и посмотрела на Костю. — Пожалуйста, уведи меня отсюда.
— Идем. Ты здесь ни минуты не останешься. А ты, — он повернулся к Антону, — благодари бога, что Малявка за тебя заступилась. Я бы тебя по стенке размазал. Сегодня же соберешь свои манатки и съедешь от Милы. Чтобы к вечеру, когда мы приедем домой, и духу твоего не было.
Костя вышел из номера, утягивая за собой Милу. Он был в ярости, но полон решимости защитить Малявку. Никто не посмеет ее обидеть. Никто! И от Лидочки теперь он точно избавится. А ведь она грозилась испортить Миле жизнь. Неужели это такая месть? Получается, и тут виноват он.
Только на улице Костя остановился. Он взял в ладони Милино личико и внимательно посмотрел в глаза. Она не плакала, держалась настоящим бойцом, и это не могло не восхищать. Он опустил взгляд на ее губы и почувствовал, как кровь хлынула к щекам. Как давно он не чувствовал смущения рядом с девушкой, и уж точно не подумал бы, что такое случится рядом с Малявкой. Костя хотел поцеловать Милу так сильно, словно ее губы были родником в пустыне, но он сдержался, понимая, что сейчас нужна совсем другая поддержка. Он по-отечески поцеловал ее в лоб и прижал к груди.
Мила обвила руками крепкий торс своего Викинга и прикрыла глаза от удовольствия. Она слышала, как колотится его сердце, и понимала, что это из-за нее. В его объятиях было так хорошо и уютно, что Мила не думала о том, как бессовестно подставила Лидочку. А ведь секретарша все прекрасно поняла, когда увидела торжествующую улыбку на лице соперницы. Желая отомстить, Лидочка угодила в свою же ловушку.
Глава 9. Изображая жертву
Цель оправдывает средства. Как часто мы слышим эту поговорку? Можно долго рассуждать о том, что есть вещи, ради которых стоит идти по головам, сметая все на своем пути, жертвуя собой и другими, закрывая глаза на крики совести. А можно принять тот факт, что эти слова есть не что иное, как оправдание собственных грехов. Мила предпочитала первый вариант и думала, что все ее поступки, в конце концов, можно будет простить, ведь она хотела счастья для себя и своего любимого.
Мила сидела в машине Викинга и молча смотрела в окно на проплывающие мимо витрины магазинов, кафе, бизнес-центры. Она не знала, куда везет ее Костя, да и было все равно, главное — с ним. Ей было так хорошо, что никакие муки совести не докучали. Она наслаждалась заботой любимого мужчины, а чувство вины могло подождать. Главное — не выдать, что ее сердце бешено стучит не от переживаний по Антону, а от тепла Костиного тела, которое она ощущала даже на расстоянии.
Костя крепко сжимал руль, чувствуя, как его изнутри рвет на части. Одновременно хотелось вернуться в мотель, избить Антона и придушить Лидочку, но куда сильнее была потребность в Миле. Именно потребность в ней, а не простое желание поддержать. Костя понимал, что все это сплошное безумие: меньше месяца назад он собирался жениться на прекрасной женщине, которую он любил или думал, что любит, пусть и изменял ей, а сейчас все мысли занимала Малявка. Глупо было отрицать, что Миле удалось пробудить в нем те чувства, которые он и не помышлял испытать по отношению к ней. И что теперь делать? Как заставить себя не желать большего? Хотя зачем? Они ведь оба свободны! Костя бросил взгляд на Малявку, еще раз отмечая, как стойко она переносит предательство жениха. Он нисколько не сомневался, что за ее молчанием на самом деле скрывается глубокая рана, и потребуется время, чтобы излечить ее.
— Мил, как смотришь на то, чтобы прогулять работу? — спросил он.
— Прогулять работу? Но куда тогда мне ехать? Домой? Чтобы встретиться там с Антоном и увидеть, как он собирает вещи? — Мила повернулась к Косте и тут же приняла скорбный вид.
— Ты не поняла, я предлагаю прогулять работу вместе, — усмехнулся Костя.
— Вместе? — переспросила Мила; она надеялась на это, хотя не до конца верила, что Викинг не спихнет ее на Алису. Хотя на этот случай у нее уже был заготовлен план действий.
— Малявка, ты уже дважды поддерживала меня, когда мои отношения шли прахом. Кажется, пришла моя очередь.
— Ой, да ладно… Ты же не потащишь меня на крышу небоскреба кидать шарики с водой, — отшутилась Мила, но, вспомнив про свою «трагедию», откинулась на сиденье и прикрыла глаза. — Кость, если честно, то я сейчас ничего не хочу…
— Может, позвонить Алисе? — ему совершенно этого не хотелось, но Костя боялся за свою Малявку и предположил, что лучшая подруга может прийтись как раз кстати.
— Нет! — резко ответила Мила, с самого начала готовая к такому предложению. — И не говори ей ничего пока. Я не хочу, чтобы Алиса переживала, да и Денис… Не ручаюсь за его реакцию.
— Я мало в чем схожусь с твоим братцем, но если он решит надрать задницу этому козлу, я составлю ему компанию, — нервно усмехнулся Костя. Он снова почувствовал, как чешутся руки отомстить за Малявку.
— Викинг… Ты же у нас благоразумный, — покачала головой Мила.
— Малявка, я предупреждал, что тебя в обиду не дам.
— Дело не в том. Просто я не хочу всех этих грязных расставаний, когда, знаешь, эти крики «ненавижу», «ты мне изменил». Я хочу пройти через все достойно. Мне не нужна ничья жалость, от этого только больнее.
— Понимаю, — немного успокоился Костя и взял Милину ладошку в свою руку. Такая теплая и маленькая, словно предназначенная для того, чтобы ее бережно держать.
— Кость, и еще…
— Что?
— Не говори никому, что Антон мне изменил. Это так… так стыдно, — Мила, наконец, пустила слезу. Плохая же из нее вышла актриса, раз только сейчас получилось заплакать.
— Мил, ну что ты?