Обо всем этом размышляла Мила, глядя, как сладко спит маленький племянник. Перед дневным сном она читала ему любимую книгу о древних людях и поняла, что, как и раньше, человек всю жизнь сражается. У нее была тяжелая неделя, сотканная из завалов на работе и конфликтов с коллегами. Занятый новым делом Костя появлялся в бюро ненадолго, они почти не общались и даже не созванивались. Мила вполне логично предположила, что такая холодность со стороны Викинга связана с субботней встречей с Алисой. Наверняка прежняя любовь вытеснила из Костиного сердца зарождающуюся симпатию к ней. Мила сдаваться не собиралась, но решила дать себе временную передышку в войне за Викинга, тем более что с каждым днем на нее наваливалось все больше работы. Лидочкины дела росли, как снежный ком, не давая Миле заниматься своими адвокатскими обязанностями — звонки в архивы, организация встреч, подшивка документов, варка кофе на совещания. Всего за пять дней она переквалифицировалась из начинающего адвоката в обычную секретаршу. Было обидно, но приходилось мириться.
Игорь Мартемьянов после спора с Костей стал срываться на Миле. Он был вынужден отказаться от лакомого дела только потому, что заведомо знал о виновности подзащитного, хотя за крупный гонорар легко мог его оправдать. Во вторник он решил воспользоваться Костиным отсутствием и пригласить на обед молоденькую адвокатессу, соединив приятное с полезным. Она, как ни странно, отказалась, тогда Игорь заказал еду в японском ресторане и предложил перекусить на кухне в бюро. Тут уже Миле пришлось согласиться, тем более что соблазн перекусить любимыми роллами был слишком велик. Расценив такую обходительность Игоря как способ приударить, она хотела сразу пояснить, что ему ничего не светит, но он опередил, выпалив свою просьбу. Не желая ходить вокруг да около, Игорь предложил ей деньги, если Мила оформит на него новое дело и ни о чем не расскажет Косте. Она отказалась.
— Ты хоть понимаешь, какие это деньги? — вспылил Игорь, совсем не ожидавший такого ответа.
— Да. Это грязные деньги мерзавца, который думает, что ему сойдет с рук то, что он сделал с бедной девушкой, — совершенно спокойно ответила Мила, отправляя в рот ролл с гребешком.
— Да она сама наверняка хотела. Сначала совратила, а теперь пытается кинуть на бабло.
— Ты сам прекрасно знаешь, что это не так. Если бы это была подстава, ты не просил бы меня оформить дело на тебя втихаря. На совещании Воронов ясно дал понять, что подобных клиентов наше бюро брать не будет.
— А ты во всем ему потакаешь? Решила занять место Лидочки во всех смыслах? Смотрю, ты и кольцо носить перестала. Ждешь теперь от Воронова бриллиант?
— А ты не думаешь, что, если это так, я расскажу Косте о твоем предложении?
— Нет, ты хочешь здесь работать, а если решила настучать на меня, я тебе жизни не дам.
— Успокойся, я не собираюсь ни о чем говорить Косте, но не потому, что боюсь тебя, — Мила указала на него палочками, а потом подцепила ломтик тунца с его суши, — просто считаю это ниже своего достоинства. Тем более, ты все равно не получишь дело. На том и разойдемся.
Мила демонстративно бросила на стол палочки, кивнула Игорю и вернулась к работе. Она думала, что инцидент исчерпан, но после этого злополучного обеда по бюро пошел слух о слишком близких отношениях адвоката Красовской с боссом, а Игорь не упускал случая ее задеть.
Другой проблемой, которую повесили на Милу, стали собеседования с претендентами на должность секретаря. Первый этап бесед проходил в hr-отделе, и если претендентка устраивала, то ее направляли к Миле, которая уже рассказывала о непосредственных обязанностях на должности. Таких претенденток за неделю было три, но как бы она ни жаждала освободиться от Лидочкиных дел, всех трех девушек Мила нашла слишком привлекательными для этой должности. Лучше она будет сама сидеть в приемной, чем сходить с ума при виде лыбящейся ее Викингу красотки.
Тем временем Лидочка за своими вещами так и не вернулась. Мила разобрала ее стол, убрала в архив папки, подшила подписанные договоры. Она хотела отыскать что-нибудь о загадочной деятельности в Иркутске, тем более что это могло стать дополнительным козырем против Кирилла Олеговича, но ничего такого не нашла. Зато в одном из ящиков Мила наткнулась на толстую визитницу и, помня золотое правило, что в любом деле важны контакты, решила переснять на мобильный все визитки.
В четверг вечером Мила со спокойной душой утащила подшивку визиток к себе домой и за бокалом вина до поздней ночи захламляла память телефона. Большинство контактов были знакомы Миле по делам, которые она архивировала, о каких-то людях она слышала, остальные не представляли ничего особенного… кроме одного. Она случайно заметила, что в одной из ячеек под визиткой помощника бельгийского посла была спрятана еще одна карточка. «Аркадий Бибирев. Журнал «Новое время». Специальный корреспондент» — красовалась надпись. Это имя откуда-то было знакомо Миле, но вспомнить, откуда именно, она не смогла. Не зная почему, она решила оставить визитку у себя, а позже навести справки об этом человеке.