Пятница подкинула новых проблем. Ей позвонила Алиса и сообщила о безумной затее Дениса свести Милу с Андреем, его лучшим другом. Пару лет назад Андрей расстался со своей девушкой и с тех пор так и не завел серьезных отношений. Теперь Милиному братцу взбрело в голову, что общение с Андреем поможет ей скорее забыть Антона. И беда была не только в этом. Судя по довольному голосу Алисы, она полностью поддерживала мужа.
— То есть тебя не смущает, что у нас разница в десять лет?
— Мил, ты уже давно не ребенок. В этом возрасте такая разница уже незначительна. Это в шестнадцать, когда ты страдала по Косте…
— То есть, если бы сейчас мы с Костей сошлись, ты не была бы против?
На другом конце провода повисло молчание. Мила знала, что играет с огнем, но слишком злилась на чету Суворовых за слишком рьяное желание устроить ее личную жизнь.
— А у тебя и Кости…
— Нет, Алис. Я просто не понимаю, почему ты так против, если бы у нас было бы что-то с Костей, но при этом ратуешь за меня и Андрея.
— Милая, я не пытаюсь вас свести. Просто пообщайтесь. Знаешь, любой девушке флирт идет на пользу. А там, кто знает…
— Вот ты сваха, Суворова! Завтра приеду, и поговорим.
Мила не хотела ехать на дачу к брату, и даже любимые шашлыки сейчас стояли против горла, но у нее не было выбора. Викинг же будет! Она не могла допустить, чтобы он снова окончательно и бесповоротно погряз в Алисе. Всех позвали к трем, но Мила приехала утром, чтобы повозиться с племянником. Димочка всегда поднимал ей настроение. Пятилетний мальчик был в разы умнее многих взрослых, поэтому она часто советовалась с ним по разным вопросам, доверяя его детской непосредственности. Так было и в этот раз. После обеда Мила вызвалась уложить Димочку и перед тем, как почитать ему книжку, прямо спросила:
— Знаешь, малыш, я очень хочу дружить с одним человеком, но он больше любит другую девушку. Как мне поступить?
— Дружите втроем, — ответил Димочка.
— Так не получается, потому что этот человек не сможет со мной дружить, пока хочет дружить с другой. Но та другая уже дружит кое с кем.
— Тогда тебе надо поговорить с ним и объяснить, что он глупый и если не будет дружить с тобой, то будет один.
— Ты прав, малыш. А теперь давай читать.
Мила прислушалась к совету племянника и решила показать Косте, что если он продолжит страдать по Алисе, то останется один, и тут как раз Андрей придется к месту. Главное — не переусердствовать. Она отложила в сторону книгу, укрыла одеяльцем спящего Димочку и сама устроилась рядом всего на пять минуточек, но не заметила, как уснула.
У Кости была безумная неделя. В понедельник он взял новое дело и думал, что легко его выиграет, но адвокат другой стороны на первом слушании предоставил суду новые сведения, сыгравшие против его клиента. Пришлось просить дополнительное время на изучение материалов, но новое слушание согласились назначить не позднее чем через десять дней. В бюро он практически не появлялся, а домой возвращался таким вымотанным, что сил хватало только на душ перед тем, как рухнуть в постель. Даже с Малявкой он практически не виделся, а она о нем и не вспоминала. Костя несколько раз ловил себя на мысли, что скучает по своей черноволосой бестии, порывался позвонить или написать, но потом одергивал себя, думая, что ей сейчас не до него. Не желая признаваться самому себе, Костя с нетерпением ждал субботы, чтобы в непринужденной обстановке пообщаться с Милой, и когда выходной наконец наступил, решил поехать к Алисе раньше. К двум часам он уже был в дачном поселке, уверенный, что приехал первым, но оказалось, что его Малявка уже здесь.
— И где она?
— В детской. Димку спать пошла укладывать. Все утро с ним возилась. Вроде взрослая девушка, а когда играет с племянником, как ровесница ему, — усмехнулась Алиса. — А ты как?
— Нормально. Дел сейчас невпроворот. Милка сказала, что папа передал мне бюро?
— Угу.