Полная энергии и решимости действовать, Мила снова стала прежней. Вчерашняя хандра отступила, и теперь можно было идти в бой с новыми силами! Мила посмотрела на две оставшиеся сигареты и швырнула их вниз к реке. Во рту был неприятный привкус табака и горького кофе, курить больше не хотелось, а вот увидеть Викинга — очень. Из-за Лидочки она вела себя как истеричка и могла испортить отношения с Костей. Но ведь этого не произошло… Он, наоборот, пришел к ней после полиции, закатил сцену ревности, а потом они занимались умопомрачительным сексом. Мила не сомневалась, что нравится Косте, вот только этого ей было мало. Викинг должен был ее полюбить!
— Малявка! — услышала она голос любимого и обернулась. — Тебе не говорили, что на камне нельзя сидеть?
— Поехали домой. Я замерзла, — лукаво улыбнулась Мила и не спеша подошла к Косте.
— Зачем ты вообще ушла? Почему меня не разбудила? — нахмурился он.
— Не могла уснуть. Нужно было привести мысли в порядок… Стресс, знаешь ли.
— Понимаю, — Костя провел кончиками пальцев по ее щеке и опустил взгляд на пухлые искусанные губы. Как же хотелось их поцеловать. — Могла бы думать дома, в тепле…
— Нет. Не могла… Там был ты, — Мила опустила голову, но Костя за подбородок поднял ее лицо и заглянул в глаза.
— Я обидел тебя вчера?.. Ты не хотела?
— А ты? Ты хотел? В смысле… что ты хотел?..
— Это не был разовый порыв.
Костя взял Милу за руку, переплел их пальцы и повел к машине, по пути пытаясь подобрать правильные слова, чтобы все объяснить. Вот только он сам не до конца понимал своих истинных желаний. Думать о серьезных отношениях он пока не мог, но и обычная связь без обязательств — совсем не то, чего хотелось с Милой. И как это все объяснить? Все усложняла их многолетняя дружба, ведь если ничего не выйдет, он навсегда потеряет Малявку — бывшие любовники редко умеют сохранить мир. С другой стороны, Костя четко сознавал, что Мила нужна ему, как воздух.
Они дошли до машины, и Костя открыл Миле дверь. Она чувствовала, что Викинг хочет поговорить, но не может решиться. Его слова «это был не разовый порыв» обязаны иметь продолжение. Почему же он молчит?
— Мил, — заводя мотор, наконец заговорил Костя.
— М-м-м?..
— В последние месяцы мы много общались, и совсем не так, как раньше. Думаю, ты и сама это заметила…
— Ага, когда вчера прислонил меня к стене, — не удержалась Мила, но тут же прикусила язык.
— Это уже последствие… Наши отношения изменились раньше, а вчера из-за всего случившегося я слишком поторопил события. Когда я пригласил тебя на обед, то хотел завести разговор как раз об этом… — Костя крепче сжал руль. Мила насторожилась и даже уселась боком на сиденье, чтобы видеть его лицо. — Ты мне нравишься. Нравишься как женщина. Не знаю, что из этого выйдет, но хочу официально просить тебя стать моей девушкой.
В машине повисло молчание. Мила предполагала, что Костя заговорит именно об этом, но не ожидала получить вопрос в лоб. Ей казалось, что спрашивать подобные вещи — прошлый век, было бы достаточно просто признать симпатию. Костя напрягся. Как школьник, он боялся отказа понравившейся девчонки, а Мила словно испытывала его терпение.
— Викинг, притормози…
— Что?
— В смысле, останови машину.
Костя съехал на обочину, но все так же продолжал смотреть прямо перед собой. Он не мог заставить себя повернуться к Миле. А она тем временем отстегнула ремень безопасности и прямо через коробку передач пролезла к Косте на колени. Она обхватила ладонями его лицо и нежно, еле касаясь, поцеловала в губы.
— Это да? — прошептал он, обнимая Малявку за талию.
— Викинг, ты бы мог понять это еще ночью…
— Мог, но ты от меня сбежала, оставив ключи и нелепую записку. Кстати, давай заедем куда-нибудь позавтракать? Колбасой, сыром и йогуртом я точно не наемся.
— Давай купим завтрак в Макдоналдсе и поедим дома? У меня не лучший вид.
— Ты выглядишь потрясающе даже в такой одежде. Но я согласен на завтрак дома.