Мила вернулась в бюро, но ее Викинга еще не было. Она безумно боялась выглядеть в его глазах истеричкой или ревнивицей, поэтому не звонила и не писала, хотя сама сгорала от желания узнать, где он. Костя объявился сам. Он позвонил и предупредил, что на работу не приедет, а Миле следует ехать домой, его не дожидаясь.
— Вот и началось, — задумчиво проговорила Мила, убирая смартфон в сумочку. Она думала, что Костя получил то, что хотел, наигрался, и новая подружка новой быть перестала. Пришло время от нее избавляться. Мила собрала вещи, выключила компьютер и нагло за полчаса до конца рабочего дня ушла из бюро.
Зима приближалась гигантскими шагами, и мрачное ноябрьское небо выплевывало на землю подобие первого снега. Погода как никогда подходила под настроение Милы — такой же холод… Сейчас бы согреться в объятиях любимого мужчины, но вместо этого ее ждала пустая квартира. Идти домой резко перехотелось. Мила пошла на детскую площадку и устроилась на качелях. Мысли не давали покоя, и от этого раскалывалась голова. Что же она сделала не так? Слишком быстро поддалась? Не выдержала положенного «траура» по Антону? Вела себя с Костей слишком легкомысленно?
— Малявка, я же говорил, чтобы домой шла, — послышалось за спиной, и Мила обернулась до конца не веря, что это ее Викинг.
— Ты же говорил, что не приедешь? Я тебя не ждала, хотела насладиться одиночеством, — нахмурилась она, но блеск в глазах говорил, как сильно Мила скучала.
— Насладишься в другой раз. Идем, — Костя протянул руку, и Мила вложила в нее свою ладошку. Опять возникло неприятное чувство, что Викинг приехал лишь попользоваться ею, но невозможно было ему отказать.
— Кость… — Мила чуть замешкалась.
— Что? — он продолжил тащить ее за собой.
— Все нормально?
— Угу… Только заберу кое-что из машины.
Костя подвел Милу к своему внедорожнику и, пока она искала в сумочке ключи от дома, достал с заднего сиденья огромный букет алых роз.
— Я понял, что за все это время ни разу не дарил тебе цветы, — проговорил он, протягивая Миле букет.
— Викинг! — Мила расплылась в улыбке и забыла все слова благодарности. Сомнения разом отступили, оставляя место только любви…
Костя довольно смотрел, как Малявка пытается удержать тяжелый букет. Ему даже захотелось помочь, но Мила не отдала своей ноши и сама гордо потащила розы в квартиру. И ведь действительно, ему ни разу за полторы недели не пришло в голову подарить Миле цветы, а ведь он всегда задаривал своих девушек букетами и подарками, как только начинал ухаживать. С Милой все разительно отличалось, и Костя пока не до конца понял, почему так выходило. Вроде бы они только начали встречаться, но в то же время было ощущение, что вместе они целую вечность. И это в хорошем смысле, ведь наскучить друг другу не успели. Все было настолько естественно и искренне, что не требовало доказательств в виде романтических подношений. А еще Малявка была ему дико нужна. Даже сегодня, после изнурительного слушания, очередной встречи со следователем и совещания с новым клиентом, вместо того, чтобы поехать домой, Костя рванул к Миле.
Они зашли в теплую квартиру, и Мила сразу направилась на кухню за вазой. Пока она возилась с цветами, Костя устроился в гостиной. Сколько раз он бывал в этой комнате, но сейчас она казалась ему совершенно иной, более родной, словно он находился не у нее, а у себя дома. Пока еще Косте было страшно вешать ярлык на свои чувства, ведь столько раз он уже обжигался, принимая симпатию за любовь. Он решил не торопиться и позволить событиям идти своим чередом.
— Поставлю здесь. Что скажешь, Викинг? — Мила устроила вазу на тумбочке, но сама же загородила Косте вид.
— Отлично смотрится, — усмехнулся он, разглядывая ее попку.
— Серьезно? Или, может, на стол?
— На столе тоже неплохо.
— Нет, пожалуй, оставлю здесь…
— Оставляй.
Мила еще раз взглянула на шикарный букет и с трудом переборола желание вновь переставить вазу. На самом деле ей просто нравилось держать на руках цветы, подаренные Викингом. Ведь это был первый букет, который Викинг подарил ей как своей девушке. Мила решила, что обязательно засушит пару роз и будет хранить, чтобы потом показывать их детям.