Было одиннадцать утра, когда такси остановилось у Костиного дома, а, значит, у Милы было десять часов в запасе. Как только машина тронулась, она попросила водителя притормозить у ближайшего магазина с элитным алкоголем. В винном бутике она купила бутылку выдержанного «Курвуазье» и продиктовала таксисту новый адрес.
— Девушка, по новогоднему тарифу вам обойдется на три тысячи дороже, чем заплатил ваш друг, — сообщил водитель.
— Хорошо, а сверху накину еще пять, если подождете и потом довезете домой, — ответила она.
— Как скажете, мадмуазель.
По пустым улицам такси быстро долетело до нужного коттеджного поселка. Мила знала, что Кирилл Олегович отмечал Новый год в своем загородном доме, и посчитала, что первое января — это лучшее время, чтобы наведаться к свекрушке.
Кирилл Олегович не ждал гостей и уж тем более не думал, что наглая подстилка его сына явится первого января. Когда охрана сообщила, кто к нему пожаловал, он хотел выставить мерзавку взашей, но потом решил выслушать, с чем пришла. Каково же было его удивление, когда Мила, очаровательно улыбаясь, всунула ему в руки коробку с марочным коньяком, перевязанную бантом, и нагло прошла в прихожую.
— Нам надо серьезно поговорить, Кирилл Олегович, — сказала Мила, отдавая пальто молчаливому дворецкому. — Давайте переместимся в ваш кабинет.
Глава 20. Сказать или промолчать
Порой бывает трудно отличить смельчака от безумца. Что движет человеком, который добровольно идет в логово опасного животного? Чем он руководствуется, дразня его, зная, что это может стать последним поступком в его жизни? «Безумец», — скажут многие. «Смельчак», — поспорят другие. Чтобы понять, кто из них прав, нужно взглянуть в суть этого отчаянного поступка, узнать его причину.
То, что Мила наведалась домой к Кириллу Олеговичу, точно зная, что он человек жестокий, беспринципный и крайне опасный, на первый взгляд казалось бездумным ребячеством, однако на самом деле это был хорошо продуманный шаг. Мила преследовала две цели: дать понять, что Костю она не отпустит, и убедить свекрушку, что кроме его сына ничем не интересуется. Она уже ошиблась однажды, дав понять старшему Воронову, что ей известно про Иркутск, а повторить судьбу Лидочки не хотелось. Чем дольше Кирилл Олегович не будет знать о ее расследовании, тем лучше. «Желательно еще в процессе разговора выяснить, что связывает Кирилла Олеговича с Игорем Варфоломеевым, но это будет сложнее», — размышляла Мила.
Кирилл Олегович пригласил Милу в свой кабинет и даже предложил кофе. Ароматный эспрессо был бы очень кстати, но Мила отказалась, боясь снова оказаться жертвой отравления. Пока Кирилл Олегович возился у кофемашины, она с любопытством рассматривала его кабинет, единственное место в доме, кроме спален, которое Викинг не показал. Здесь все соответствовало своему хозяину — простота классики за баснословные деньги: мебель из редкой породы дерева, названия которой Мила не помнила, но точно знала, что это она, поскольку видела в одной телепередаче, обтянутое тугой кожей глубокого изумрудного оттенка кресло, мраморные колонны, поддерживающие столик для корреспонденции, шкафы, забитые фолиантами. Даже на письменном столе не было простой ручки или блокнота, только позолоченный канцелярский набор с перьевой «Паркер» и чернильницей.
— Так о чем ты хотела со мной поговорить, Людмила? — садясь за свой стол, спросил Кирилл Олегович.
— Я хотела бы принести извинения за свое поведение на праздничном ужине, — ответила Мила.
— Принести извинения?! Извинения?! — взревел Кирилл Олегович. — Ты хоть понимаешь, как опозорила моего сына? В какое положение поставила меня перед гостями?
— Понимаю, именно поэтому приношу свои извинения. Мне жаль, что ваши гости могли плохо обо мне подумать, тем более что вы собрали таких важных персон.
— Да. Важных. Тебе до них, как до луны!
— Но, дорогой свекрушка, вы обязаны меня простить.
— Вот как?! С чего вдруг?!
— Ведь именно благодаря вам я опозорилась перед всеми этими шишками. Дорогой свекрушка, я родилась не вчера и прекрасно поняла, каким образом сумела захмелеть с трех бокалов вина. Вы так нахваливали букет, а я в своем бокале почувствовала сильную спиртовую отдачу. Коллекционные вина могут иметь такой вкус?
— Ты не разбираешься в хороших винах. У твоего отчима есть деньги и он ни в чем тебе не отказывал, но сам не уделял тебе время, а мамаша была такой же плебейкой, как и ты. Никто не думал о твоем воспитании, о том, чтобы привить тебе хороший вкус, манеры…