Теперь не ответил он. Костя еще не был готов к такому признанию, но поцелуй мог сказать за него. И пусть Мила мечтала услышать от Викинга заветные слова, сейчас ей было достаточно знать, что он будет с ней, несмотря на остальных. Когда-нибудь он скажет, а пока ее любви хватит им двоим с головой, как пела когда-то Земфира.
— Знаешь… — заговорил Костя, отстранившись, но все еще глядя на Милины губы. — Тебе может показаться это глупым, но я рад, что ты так переживаешь из-за того, как я поступлю, если Алиса будет против.
— Почему?
— Это говорит о том, что я тебе нужен, что ты не хочешь меня потерять.
— А ты в этом сомневался?
— Немного. Мне было страшно, что я для тебя всего лишь способ забыть Антона. Когда-то ты любила меня, любила долго… Потом появился он. Сложно избавиться от мысли, что сейчас ты все еще думаешь об Антоне.
— Антон для меня ничего не значит. Совсем ничего, — прошептала Мила.
— Теперь верю. А для меня ничего не значит Алиса. Она давно стала только другом, правда, я понял это сейчас. У меня не осталось к ней никаких иных чувств. Все чувства, какие есть… Они только твои.
— Тогда я поговорю с ней? — нерешительно спросила Мила, словно отпрашивалась у отца на дискотеку.
— Хочешь, поговорим вместе?
— Нет. Я сама. Лучше если это будет женский разговор, а потом Алиса поможет с Денисом.
— Хорошо.
— Я поеду к ним завтра. Как проснемся, сразу же поеду.
Но на другой день Мила никуда не поехала, и на следующий тоже. Они с Костей наслаждались долгожданными каникулами, которые могли провести вместе. Даже мобильные отключили, чтобы быть только друг с другом. Только на третий день их маленького уединения Мила все же решила навестить Суворовых. Косте нужно было заехать в бюро, поэтому они проснулись рано и решили начать день с совместного душа.
— Нужно позвонить Алисе и узнать, дома ли они, — потянулась к телефону Мила, пока Костя готовил им завтрак.
— Ты не отвертишься. Даже если Элис с Димкой на елке или на даче, сегодня же с ними поговоришь, — строго сказал Костя.
— Хорошо-хорошо. Я же обещала.
Телефон наконец загрузился, и Мила посмотрела на дисплей. Одно за другим стали приходить сообщения о непринятых вызовах. Все за прошлую ночь, все от Дениса и Алисы…
— Кость… Что-то случилось!
Глава 21. Ценность семьи
Семья — это ячейка общества, основанная на браке или кровном родстве. Она принадлежит к важнейшим общественным ценностям, но для каждого человека ценность семьи своя. Для Алисы Суворовой семья была главным в жизни. Муж, сын и золовка стали для нее самыми важными людьми, потому что они дали ей ту любовь, которую Алиса не чувствовала в детстве и юности. Она была поздним ребенком двух заядлых карьеристов, для которых дочь стала очередным проектом.
С детства Алиса жила по строгим правилам, почти все время уделяла учебе или игре на скрипке. Ее будущее с самого рождения было распланировано, поэтому, когда она сбилась с пути, влюбившись в Дениса, родители сделали все, чтобы их развести. Им это удалось, и долгие шесть лет Алиса не подозревала, что виной всему происки отца и матери. Когда Алиса вновь встретила Дениса, когда они смогли все прояснить и снова сошлись, родителям пришлось смириться с выбором дочери, но отношения между ними так и остались натянутыми. Но если мама Алисы, Элеонора Викторовна, старалась хоть как-то сблизиться с дочерью, то ее отец Павел Васильевич бросил жену и практически вычеркнул дочь из своей жизни.
Профессор МГУ, заслуженный преподаватель Павел Васильевич Елисеев, как и многие мужчины, поддался соблазнам кризиса среднего возраста. Властная и холодная супруга опостылела, а рядом с молоденькой аспиранткой Анастасией он почувствовал себя вновь молодым. Павел Васильевич ушел от жены к любовнице и с ней решил начать новую жизнь. Родная дочь в эту жизнь не вписывалась, и он без зазрения совести, решив, что Алиса уже взрослая, перестал играть роль достопочтенного отца. Под влиянием молодой пассии Павел Васильевич заявил Алисе, чтобы та обращалась к нему лишь в случае крайней необходимости. Сам же он вспоминал о ней лишь изредка по праздникам.
Спустя три года после того, как Павел Васильевич женился на своей аспирантке, у него родился ребенок — еще одна дочка, которой он постарался дать ту отцовскую любовь, которую пожалел Алисе. Но годы шли, и он не молодел: здоровье стало слабеть, силы утекать. Все еще молодая Анастасия не захотела оставаться со старым больным мужем. Они оформили развод быстро. Московская квартира и дача достались ей, а Павлу Васильевичу ничего не оставалось, кроме как уехать в Новосибирск к своей матери. Там он часто думал об Алисе, но позвонить или написать так и не решился. Он запретил матери, которая все эти годы поддерживала связь с внучкой, рассказывать о неизлечимой болезни, которую обнаружили, когда время на лечение было упущено. Чувство вины пришло к нему слишком поздно. Он умер, так и не поговорив с Алисой.