— О'кей, Тедди, не обижайтесь. Американская женщина.
— Благодарю.
— Это нелегкий выбор. Мне нравится Том, но что-то подсказывает мне, что когда наступит время отчаливать, он не захочет оставить «Стейнберг». Он пошел к ним, чтобы работать в надежных условиях, а мы, несмотря на хорошие перспективы, пока еще относительно новая и непроверенная компания. Да и нам нужен настоящий человек риска. Я не вполне уверен, что Том подходит нам.
Выслушивая рассуждения Пола, Тедди чертила по странице блокнота, играя в игру, которой не занималась с тех пор, как закончила школу. Она выписала свое имя — «Теодора Винингтон», а под ним печатными буквами написала имя «Джек Делавинь». Тедди вычеркнула сходные буквы в обоих именах, и пересчитала оставшиеся — любит, нравится, ненавидит, обожает. Любит, нравится, ненавидит, обожает. Любит, нравится, ненавидит, обожает. Итак, она обожала Джека. Так как Пол все еще жужжал, она проверила буквы, оставшиеся в имени Джека. Любит, нравится, ненавидит, обожает. Любит, нравится… ненавидит. Дьявол! Тедди скомкала лист бумаги и начала чертить на новом.
— Итак, у нас есть Конрад, который может пойти на риск, потому что хочет расширить масштабы своей деятельности, и у нас есть Том, который может не пожелать рискнуть.
— И у нас есть Эстер, — напомнила Тедди, заставив себя сосредоточиться на клиенте. — Она — настоящий человек риска, в большей степени, чем остальные двое.
Пол не отвечал.
— Пол? Что вы имеете против Эстер?
— Я ничего не имею против нее… но она американка…
— Да. Я не отрицаю этого, но мы пришли к выводу, что, возможно, это окажется преимуществом. Что еще, Пол?
— Она несколько грубовата в обращении…
— Беквичу и Страковски это понравилось. Они сказали, что в компании неплохо бы иметь побольше нахалов, извините за выражение.
— Конечно, Тедди, но не видите ли вы иронию в том, что Эстер будет тем человеком, который обеспечит нам наличие нахалов?
— Нет, я не вижу в этом никакой иронии. Я считаю, что любая женщина, достигшая того, чего достигла Эстер, причем не идя на серьезные компромиссы, должна иметь немалую долю нахальства! — Тедди почти выплюнула последнее слово. — Послушайте, Пол. В чем у вас здесь настоящая проблема? В том, что она женщина? Или в том, что она еврейка?
— Успокойтесь, Тедди! Не кричите на меня. Дело не в том, что она лично — женщина, дело в общем отношении к женщинам.
Хотя Пол не смотрел на Тедди, она в возмущении закатила глаза. Женщина не могла победить в этой игре. Если бы она была обходительной, послушной и традиционно женственной, про нее сказали бы, что она слишком нерасторопна. Если бы она оказалась грубой, упрямой и непробиваемой, сказали бы, что она слишком бесцеремонна.
— Послушайте, Пол, — смирилась Тедди. — Если вы спросите мое мнение, хотя я подозреваю, что оно вам не интересно, я посоветовала бы взять Эстер. Но вы клиент, поэтому выбирать — ваше право.
— Тедди, мне хотелось бы, чтобы вы сделали предложение Конраду ван Бадингену на тех же условиях.
— Разумеется, все будет сделано.
Тедди положила трубку. До звонка Конраду у нее оставалось одно нерешенное дело. Она положила перед собой чистый лист бумаги и написала другой вариант своего имени — «Тедди Винингтон-Смит», а рядом «Джек Делавинь». Любит, нравится… Дьявол! Это было еще хуже! Теперь они оба ненавидели друг друга. Может быть, черточку в фамилии нужно считать как отдельную букву? Но тогда вновь получалось, что она обожает Джека, а он ее ненавидит. Еще одна попытка… «Тедди Винингтон» и «Джек Делавинь». В общем-то это было жульничеством, если вспомнить правила игры, но она ведь только забавлялась, так стоило ли придавать этому значение? Получилось уже лучше. Джек нравился Тедди, а он ее обожал. Но это был еще несовершенный результат. Тедди поддалась внезапному порыву и позвонила в «Хэйз Голдсмит».
— Джек? Это Тедди.
— Я как раз собирался позвонить вам. Я хотел поблагодарить вас за прошлый вечер.
— А я хотела поблагодарить вас. Ведь это вы меня угощали. Это был замечательный ужин. Мне все очень понравилось.
— Мне тоже.
Никто из них не даже не намекнул на то, как закончился вечер.
— Джек, я хотела задать вам небольшой вопрос. Как ваше полное имя?
— Боже, зачем оно вам, Тедди?
— Знаете, я как раз пишу заключительный отчет для ФРЖ, и мне нужно представить полный список людей, с которыми мы вели переговоры, — с легкостью солгала Тедди. У нее было очень много практики.
— Ну и причуда же у них. У меня не слишком привлекательное имя, так что подготовьтесь. Мои родители, по причинам, которые известны только им, назвали меня Джон Артур Мунго Делавинь.