— Это Тедди. Сейчас я не могу ответить на ваш звонок, но скоро вернусь. Оставьте, пожалуйста, сообщение.
Она не изменила текст в аппарате, словно не собиралась никуда уезжать. Джек не оставил никакого сообщения. Он вернулся в отдел и подошел к регистрационной стойке.
— Я собираюсь поехать в путешествие со знакомой, — обратился он к служащей. — Она еще не появилась. Она без багажа. Возможно, она еще успеет на рейс. Посадка уже объявлена, поэтому я должен идти в посадочные ворота. Можно оставить у вас билет для нее?
— Конечно, сэр. Если у вас есть ее паспорт, вы можете даже пройти проверку.
— Проклятье, у меня нет ее паспорта! Я ничего о ней не знаю!
Служащая и бровью не повела. Всю жизнь она провела, имея дело с растяпами и лунатиками.
— Может быть, вы расскажете, как выглядит ваша знакомая? Тогда я смогу узнать ее, если она опоздает.
— Она очень хорошенькая. Небольшого роста. Нет, пожалуй, не совсем. Вот такого роста, — Джек показал где-то между плечом и талией.
— Она блондинка? Брюнетка? Рыжая?
— Боже, не знаю! Чуть темноватая, с рыжиной. Очень приятный оттенок.
— Можно сказать, пепельная блондинка? Или, может быть, каштановые волосы?
— Да-да, они. Как вам понравится. И зеленые глаза. Большие.
— Прекрасно. Давайте сюда билет, сэр.
Джек прождал у посадочных ворот до семи пятнадцати, а затем нехотя побрел в самолет. С тяжелым сердцем он опустился в мягкое кожаное кресло салона первого класса и заказал виски с содовой. Она не пришла. Он знал, что она не придет, потому что не верил ни в волшебные сказки, ни в счастливые концы. Она не пришла, потому что не любила, когда ей указывали, что делать. И она не пришла, потому что хотела пропустить этот чертов полет.
Тедди уселась рядом с Джеком.
— Ты сказал — у третьего входа, идиот! Я чуть не сошла с ума, пока дожидалась тебя там! Я ничего не знала — ни номера рейса, ни куда мы летим. Это полный блеск, что я вообще попала сюда. Наконец я позвонила твоей секретарше. Она дала мне номер рейса, и тогда мне сказали, что я жду не у того входа.
— Я же сказал тебе — четвертый вход.
— Не говорил. — Тедди прикончила остаток его виски. — А куда мы все-таки летим?
— Ты не знаешь?
— Нет. Я едва успела вбежать в посадочные ворота.
— Ну, тогда подожди, скоро узнаешь.
— Прекрасно. По правде говоря, мне все равно. Я только хочу, чтобы подали ужин. Я проголодалась.
Тедди прислонила голову к мягкому креслу и через минуту уже дышала ровно и глубоко. Шум моторов не нарушал ее сна. Джек погладил ее по волосам и пристегнул ремни. Она тихонько пробормотала что-то, ее голова склонилась набок, пристроившись отдыхать на его плече.
— Тедди? Тедди? — безрезультатно подтолкнул ее Джек. Она была глуха ко всему миру.
В интеркоме зазвучал хорошо поставленный голос старшей стюардессы.
— Добрый вечер, леди и джентльмены. От имени капитана Роджерса и экипажа я рада приветствовать вас на борту самолета «Британских Авиалиний», следующего рейсом 190. Наш вылет из Лондона задержался, потому что мы дожидались нескольких пассажиров, но мы наверстаем это время в полете. Ожидаемое время прибытия в Бангкок — приблизительно в десять двадцать пять утра, а те из вас, кто следует в Джакарту, прибудут к месту назначения в шестнадцать тридцать пять. Полет пройдет на высоте тридцать шесть тысяч футов. Когда мы наберем высоту, то сообщим вам, что вы можете отстегнуть ремни и свободно ходить по салону. Надеемся, что полет вам понравится, благодарим вас за то, что вы выбрали «Британские авиалинии»…
— Тедди, — прошептал Джек, хотя знал, что она спит. — Я люблю тебя.
— Я знаю, Джек, — улыбнулась Тедди.
Эпилог
— Тедди, открой рот.
— Нет, я тебе не доверяю. Ты положишь туда что-нибудь ужасное.
— Поверь мне.
Не открывая глаз, Тедди открыла рот, и Джек положил туда кусочек папайи, истекающий липким соком. Они лежали у купального бассейна их личного тростникового бунгало, слишком расслабленные, чтобы пройти сто ярдов до берега. В течение трех дней со времени прибытия в Бали они не занимались почти ничем, кроме разговоров, сна и секса. Джек дважды звонил в Лондон, чтобы убедиться, что покупка банка проходит гладко, но, кроме этого, ничто не тревожило их. Тедди спокойно рассказала Джеку о своем ленче с Филипом Редмейеном. Они немного поговорили о Кандиде, о Томми, о Майке. Впереди у них было много времени для разговоров, поэтому они не спешили.
— Как ты относишься… ко всему этому? — Тедди села на лежаке и поправила тесемку своего бикини. Она надела солнечные очки и взяла бутылочку с маслом для загара.