Подстриженные волосы аккуратно распрямлены почти до прямого каре. И это после кудряшек-то! После такого замечательного барашка! Как она могла! Волосы тоже не светлые, а рыжеватые, даже с мягким красноватым оттенком. Одежда – почти классический стиль. Что-то вроде того, в чем я вчера была, только темно-синего оттенка. Так ведь я официально на праздник оделась, а не в школу! Даже немного дико смотреть на такое. Особенно, когда вокруг пробегают мимо девчонки и парни в джинсах и ярких, пушистых свитерах.
На Диану это и вовсе не похоже! Я так привыкла видеть ее в модных прикидах. В каком-то даже стиле «куклы Барби»: розовых, голубых и прочих мягких цветах. Словно куколка, она всегда поражала меня своей внешностью. Наверное, это еще детские воспоминания. О куклах. Так и хочется взять, расчесать ее кудряшки, поправить складки на платье или брюках.
Мне кажется, такой, как она была, все мамы хотят видеть своих дочек. И я не удивлюсь, если Диану сегодня просто выгонят из дома. Она даже старше стала, лет на десять. Невероятно!
- Привет, Дзынь.
- Привет, Диана. – Все забываю проинформировать ее о том, что «Дзынь» мне могут говорить только близкие друзья и знакомые. Хотя, может и не стоит? Все равно, мы уже за вчерашний день даже как-то подружились. Все-таки, как я уже и говорила, общие тайны сближают людей, а «между нами девочками» зрел настоящий заговор, под названием: «Как охмурить Фокса». Я ей с удовольствием в этом помогаю. Вот только не думала, что мои слова о «Секретных материалах» будут иметь в конечном итоге такой результат.
- Не Диана, а Дана. Хорошо? – Диана смущенно улыбается. Я только сейчас понимаю, что никто раньше, даже она сама, по-моему, не замечали ее схожести с героиней Джиллиан Андерсон. И вот, на тебе! Стоило только поменять свой стиль, и теперь она – вылитая Дана Скалли, это точно. Только вот сама еще не привыкла. Глупая. Зачем ей нужен весь этот маскарад? Не думаю, что Фокс упадет к ее ногам, завидев экранную героиню. Если его «странности» - это всего лишь щит, чтобы закрыться от жестокости мира и окружающих, то никакое переодевание-перевоплощение не помогут. Зря это она выдумала.
- Ну, хорошо. Ты со мной пойдешь? К Фоксу? – Это я так, для проформы больше спрашиваю. Знаю ответ и так, чего уж тут мяться, право-слово.
- Ты не против, если иду?
- Нет, не против. – Да я только «за», если честно. Мне кажется, Фоксу пойдет на пользу общение с девушкой.
Я ему не мама, конечно. Хотя порой и веду себя вот так, слишком заботливо. Опекаю, значит, и тем самым суюсь вовсе не в свое дело. Но мне так хочется, чтобы у него все было хорошо! А Диана, тьфу, Дана, его действительно любит! Я же вижу. Это так здорово. Потому что от меня он никогда не дождется ответа на свои чувства и ухаживания. Так больно и обидно, между прочим - когда с тобой только дружат и не отвечают взаимностью.
Дальше историю можно рассказать в двух словах. Я ожидала чего-то подобного, между прочим. Фокс ни только не упал к ногам Даны - он ее вообще не заметил. Как будто не с ней он заигрывал вчера на празднике, не с ней шептался в уголке или кидался снежками. Нет, сейчас он ее вообще не видел. Воспринимал, как довесок к нашему обществу. Сначала мы с ним поговорили, - Дана даже слова не вставила. Не успела – Фокс заболтался, а она не смогла его перебить.
Потом мы пошли гулять. Опять вышли маршрутом на набережную. Ну и, конечно, к сфинксам подошли, «отметились». Я даже засмеялась невольно, вспоминая решительное выражение лица Фокса, когда он ночью шел на «растерзание» к этим двум статуям. Ну-у, почти шел. Ведь только я и остановила его, удержала от «подвига».
И опять МЫ разговаривали, болтали, смеялись, а Диана стояла в сторонке, словно третья – лишняя. Мне даже обидно стало - девчонка так старалась, так работала над собой, чтобы понравится. А парень (вот ведь бесчувственное бревно) ее даже не замечает! Диана, если честно, уже почти плачет, глядя на нас. Если она сейчас заревет - я зареву вместе с ней. В голос, громко. Вам смешно, а мне не очень!
Все, мое терпение лопнуло. Сколько можно? Что за цирк?
- Фокс, можно тебя на пару слов? – Наверное, так должен выглядеть ободряющий взгляд? Именно его я пытаюсь послать Диане. Не уверена, что она меня вообще сейчас видит. Вон, глазенки-то как блестят. Это ведь уже слезы еле на глазах держаться. Выступают наружу.