— Что это было? — она взмахивает руками в разные стороны и уничижительно смотрит на меня, похоже, что одними похоронами мы не отделаемся.
— Что было? — никогда не поздно прикинуться дурочкой.
— Иден, не делай вид, что не понимаешь, — сестра поправляет чуть задравшееся платье, — Можешь хотя бы сегодня сделать вид, что тебе жаль?
— Почему я должна притворяться? — закусив губу, смотрю на Эллу, — Мне ни капли не жаль, что он умер, более того, я чувствую облегчение.
Аккуратно накрашенные губы сестры вытягиваются в удивленной «о», пару раз она хлопает темными ресницами. С каждой секундой ее лицо приобретает все более злой вид, не скажу, что она отошла от удивление, но ярость берет верх.
— Ты не имеешь права так говорить, Иден, — Элла тыкает мне в грудь тонким наманикюренным пальцем, смотрит сверху вниз, она и так была выше меня на пару сантиметров, а ее каблуки увеличили эту разницу раза в три, — Ты ведешь себя как эгоистка!
— О, а отец не был эгоистом, когда не пустил меня на похороны мамы? — глаза пощипывает от слез, но я держусь, задирая подбородок вверх, отвечаю, — Или не был эгоистом, когда запретил говорить о ней?
Смотрю на сестру прожигающим взглядом. Она была похожа на маму, копией ее… Это забавно, учитывая, что их отношения были так себе.
Сильный порыв ветра раздувает полы пальто, а темные волосы, уложенные за уши, вырываются вперед. Они беспорядочно падают на мое лицо. Щеки немного пощипывает от холода, губы уже давно обветрились. Из прически Эллы не выбилось ни волоска, идеально уложенные светлые волосы, она буквально источает флюиды элегантности.
Стоим друг напротив друга, как две полные противоположности.
— Ты еще маленькая, — сестра устало качает головой, — Ты многого не знаешь.
— Ну так объясни! — пальцы сжимаются в кулаки, меня всю трясет.
Смотрит на меня как на котенка, брошенного на улице, которого не можешь забрать домой. Кивает каким-то своим мыслям и уходит, захлопывая за собой дверь.
— Спасибо за объяснения! — кричу в закрытую дверь.
Как же это все утомительно.
Пинаю носком берца камень и захожу обратно в церковь. Нужно просто прожить этот день.
Ищу глазами Эллу, не люблю с ней ссориться. После того как не стало мамы, мы стали по-особенному близки. Я ее правда люблю, просто сегодня слишком нервный день, сложно держать все в себе.
Пробегаюсь взглядом по рядам, выискивая блондинистую макушку. Кидаю пальто на свободный стул и иду в сторону сестры. Она стоит со своим парнем, ну вернее мужчиной, до парня ему надо скинуть пару десятков лет. Мы с Дэвидом виделись пару раз, но дальше чем «привет-пока» не общались, да и желания не было, с моей стороны так уж точно.
Первой меня замечает Элла и, чуть приподнимая уголки губ, ласково мне улыбается. Она всегда быстро отходит от наших стычек, да и они случаются не особо часто. Следующим ловлю взгляд Дэвида, смотрим друг на друга пару секунд, не знаю, как реагировать. Наверно, махать ладошкой будет не совсем уместно, учитываю тематику мероприятия. Хотя… Нет, все-таки плохая идея.
Рядом с ними стоят еще два парня. Не могу рассмотреть их, потому что повернуты они ко мне боком. Оба брюнеты, примерно одного роста. Только выглядят как-то молодо, по сравнению с Дэвидом. Я бы даже приняла их за его детей.
— Здравствуй, Иден, — как только я подхожу к ним ближе Дэвид протягивает мне руку, — Мне очень жаль, — борюсь с желанием закатить глаза, но лишь слабо пожимаю его ладонь.
— Здравствуйте, — рукопожатия продолжаются чуть больше чем должны, и я неловко одергиваю руку.
— Можешь обращаться ко мне на ты, — да-да, а тот факт, что Ты буквально годишься мне в отцы я пропущу мимо ушей.
— Не позволяет воспитание, — мило улыбаюсь.
— Иден, познакомься, это дети Дэвида, — Элла делает небольшой шаг назад, представляя мне двух парней.
Серьезно? Кто-то тащит на похороны отца своей девушки детей? Это даже звучит странно.
— Истон, — тот, что слегка ниже протягивает мне руку.
— Нам с Иден уже довелось познакомиться, — второй парень не вынимает руки из карманов брюк.
Мне хватает пары секунд, чтобы узнать во втором парне незнакомца с улицы, что так вежливо поделился со мной сигаретой.