Хакер решил немедленно воплотить свой, готовившийся годами, план в жизнь.
2
Максим взглянул на Дашу и в этот момент у него невольно сработал писательский рефлекс. Маленькие капельки чужих мозгов оросили перепуганное лицо моей бедной Даши. Испачканный кровью подбородок мелко подрагивает, с каждой секундой всё больше и больше расшатывая створки дверей, за которыми кроиться тяжёлый крик. А в голове вновь и вновь крутится заключающая сцена кровавого театра…
Они уже прилично отъехали от того трагического места, и это был первый раз, как Макс посмотрел в сторону своей подруги. Никто не проронил с того времени ни слова, позади лишь слышался тихие всхлипы Юли.
— Куда? — хрипло спросила Даша.
— Не знаю. — выдохнул Макс. Даша посмотрела на него, и тот поспешно отвёл взгляд. — Из-за нас гибнут люди… Может нам лучше будет сдаться?..
— Нет! — крикнула Даша. — Не смей такое даже произносить! Трус! Хочешь, чтобы всё было напрасно? Чтоб Кирилл и Толя погибли зря? Сдаться?! Нас просто прикончат, как собак! Осю, которого ты так защищал, меня, и этих людей. Всех убьют и глазом не моргнут! Ты слышишь?!
Максим не мигая смотрел на дорогу лишь чувствуя, как понемногу уходит слабая щекотка в голени.
— Умрут ещё люди. — мрачно изрёк он.
— Так сделай, чтобы не умирали! — прокричала Даша, ударила его в плечо и залилась плачем.
Сделай… сделай… сделай, — крутилось в голове Максима. Ему казалось, что он сходит с ума. Но тут ему на плечо легла чья-то рука и прозвучал бесцветный, шипящий голос:
— Мак-им, нужно сплятаца.
Нужно спрятаться... а есть ли где спрятаться в Харькове? Скорее всего город станет ловушкой для нас. В голове пронеслась мысль, что только они выехали на трассу за ними тут же увязались те военные на хаммере. Как они нас так быстро вычислили?.. В принципе те двое могли просто пасти этот маршрут. Да и Толя был постоянно в эфире.
— Дайте мне свои телефоны. — приказал Максим новым членам команды.
— Зачем? — тут же отозвалась Юля, шмыгнув заложенным носом.
— В мене нема телефона. — безразлично ответил мужик. Его речь стало легче разобрать, будто он немного протрезвел.
— Они могут отследить их. Не нужно лгать. Отдавайте.
— Ну в мене справді нема. Я його розхреначив… Сьогодні.
Юля положила свой серый смартфон Максиму в руку. Мужик заметил, что тот серый. Тож вроді був розовий...
— Вас как зовут? — спросил Максим.
— Юля.
— Коля.
Тут Даша с силой растёрла слёзы по лицу, размазав всю кровь по физиономии, от чего она стала ещё больше походить на безумного каннибала.
— Я Максим, это Даша, а с вами сидит Ося — неизвестный нам объект экспериментов. Раньше он выглядел, как огромная ящерица, но теперь вот…
— Максим? Максим Круглов? — переспросила Юля. Видимо она всё же знакома с его творчеством.
— Ніфіга собі. Я бачив той ефір з ящіркою. — Коля благоговейно посмотрел на Осю и ему тут же вспомнились недавние события, когда он поддерживал его. — І шо, його кров тіпа любі рани ісцеляє?
— Любые или не любые, но, как видишь… — Максим посмотрел на Дашу. Он попытался перевести тему: — А ты вообще почему помогаешь нам? — обратился он к Коле, выбрасывая в окно телефон Юли. — Тоже типа против системы? — Как только телефон в боковом зеркале коснулся асфальта и разлетелся в дребезги, мелькнула запоздалая мысль, что Максим же мог снять сначала какое-то видео и выложить его в сеть.
— Так мама вчила. — не совсем правдиво ответил Коля.
— Передашь маме спасибо.
— Ти і сам можеш їй подякувати. — тихо, с чрезмерной горечью в голосе предложил Коля.
— Извини. — понял Максим.
— Звертай сюди. — внезапно сказал Коля, вывернув руку в переднюю часть салона и показав на лево. Максиму в лицо пахнуло перегаром.
Слева находилась голая, едва заметная дорога ведущая прямиком в, заросшее уже посохшими подсолнечниками, поле.
Максим не раздумывая свернул.
— Куда она ведёт?
— Через трохи підуть села. А там дальше в мене є невеличка дача.
Идеально, — подумал Максим.
Вот чёрт, — подумала запуганная Юля, заметив, как косится на неё Коля. — Нас должны были задержать на…
— А ты? — кинул через плечо Максим.
— Я? — переспросила Юля, выигрывая немного времени. Глаза мгновенно высохли от слёз, а мозг очистился от страшной картины недавнего времени.