— Бежим. — сказал Конг перезаряжая револьвер.
Они развернулись и помчались отсюда.
К этому времени Ося размялся и, проводя Конга с майором взглядом, посмотрел на Командующего. Сам сосуд, в котором тот находился уже понемногу стало затягивать в воронку времени и пространства. Из-за своей огромной физической силы, Ося пока-что даже не замечал этого притяжения… сейчас он вообще ничего не замечал. У него в мыслях лишь крутились фантазии пожёстче расквитаться с самым влиятельным существом в мире, а потом можно будет и разобраться со всей Организацией в целом. Он хотел создать хаос в этом «благополучном» муравейнике.
В одно мгновение он переместился к колбе с медузой. Ося-Максим пристально вгляделся в желеобразное существо, пытаясь представить кем он был раньше.
— Ты хочешь улучшить человечество? — спросил горловым рыпящим басом Ося. — Тогда умри, ублюдок.
Ося легонько щёлкнул практически железными пальцами по толстому стеклу. Бронированное, понял Ося.
— Не убивай меня. Если хочешь — можешь стать моей правой рукой. Мы с тобой сделаем мир лучше! — орала медуза, размахивая в разные стороны щупальцами.
Ося навалился на колбу и через секунду она уже каталась по полу. Бывший писатель разозлился и стал дубасить бронированное стекло своими громадными кулаками. После ударов на колбе не оставалось ни царапины. Ося стал набирать в размерах, используя оставшуюся энергию портала. Той хватило не на много… Ося лупил со всей силы по стеклу, на подобие разъярённой гориллы, но результата никакого. Тогда он отбил всю электронику снизу колбы. Колба оказалась снизу сплошной. Ося отбыл лишь динамики. После он взялся за верх сосуда. Но не успел он нанести удар по верхней части, как его задние лапы потянуло назад и огроменные кулаки опустились на пол.
Его тело вдруг поднялось в воздух, тщетно пытаясь ухватится за гладкий пол. Мощные пальцы продирали глубокие борозды в камне. Колба с Командующим также стала сунутся в направлении воронки, но она была спереди Оси и тут же встретила преграду в виде его морды.
Ося-Максим понял, что сопротивление бесполезно. За пеленой мести он даже не заметил насколько разбушевался позади него вихрь пространства и времени. Сам не уйду, подумал он и схватил упёршуюся в него колбу с Главным. При таких размерах ему как раз удалось обхватить её. Сделав это, никакой опоры не осталось.
Как только перепончатые крылья коснулись портала, всё тело монстра в которое превратился Максим, вместе с диктаторским существом в руках, мгновенно втянуло внутрь машины времени…
6
Максим не так представлял себе смерть. По крайней мере он даже подумать не мог, что за всё им содеянное его направят в рай, а всё именно на это смахивало. Перед глазами было всё белым-бело. От такого света он должен был прищуриться, но оказалось у него просто не существует век, а может и глаз. Да и тела он не ощущал, лишь мог думать, и то приторможено, как во сне.
Ося-Максим не знал сколько времени прошло, пока на белой чистоте не появилась маленькая, приближающаяся точка. Оно ползёт ко мне, почему-то подумал он. И правда к нему приближалось нечто напоминающее ящерицу: длинный, толстый хвост вился позади, а через несколько мгновений можно было рассмотреть её шесть лап, чешуйчатая ко... Так это же Ося... то есть старый Ося... то есть Я.
Существо остановилось в метре перед Максимов и застыло, будто картинка. Ни единого движения. На горизонте появилась новая точка. На этот раз это был человек. К Максиму приближался лысый, дряблый старик. Незнакомец держал в руках книжку без рисунка на обложке, там не было ничего — просто белизна, как и вокруг. При дальнейшем рассмотрении лица старика, Максиму пришла безумная мысль: Может быть это мой отец?.. Он никогда не видел своих родителей, а этот старик чем-то напоминал ему себя.
Пришельцы вдруг заговорили. Их рты открывались одновременно, но голос был один и не принадлежал ни одному из них.
— И опять здравствуй, мой старый друг. — Приятный высокий голос. Ни женский и не мужской. Он окутал сознание Максима, как бархатное одеяло. Услышав его, все переживания и невзгоды попросту испарились.
— Где я? — услышал Максим свой голос, хоть и рта у него не было. — Я умер?
— Ты и жив и нет. Ты в ином измерении. Здесь нет ни пространства, ни времени.