Сумка… Ну да, про сумку я забыл. Однако не похоже, чтобы запах, исходящий от неё, сшибал с ног уже на пороге. Наверняка Наташа опять заходила на чашку чая, голову даю на отсечение. Ну и что? Да, меня это бесит. Да, я сказал, что это не должно повторяться. Но как далеко я готов зайти в борьбе с соседкой? Буду вести себя, как ревнивый муж? Напичкаю дом камерами? Стану притворяться, что ухожу на работу, а сам прятаться в кустах и наблюдать? Бред. Как будто мне настоящих проблем не хватает, чтобы ещё и дом превращать в театр военных действий.
Отправив Дэйю и Гуолианга в комнату к старику, я зашёл к себе. Достал сумку из-под кровати, открыл. Выдавил ещё одну таблетку из начатой упаковки. Кровь Кианга… Спасибо, старый друг. Отличный подарочек. Постараюсь использовать его с умом, не упустив ни малейшей возможности.
— Я могу забрать её.
В этот раз я не вздрогнул — начинаю привыкать к тому, что Дэйю всегда где-то рядом. Но что за отвратительная манера — подкрадываться?
— Кого? — бросил я на неё взгляд через плечо.
— Сумку. Чтобы не сводила тебя с ума.
— Забери лучше вот это. — Я протянул ей смартфон Йи. — Отнеси… Ронгу, что ли. Он, вроде, дружит с техникой. Пусть попытается узнать, куда ведёт электронный адрес, с которого Йи получал инструкции.
Дэйю, кивнув, спрятала смарт в карман брюк. Её внимательные глаза не отпускали меня, пока я прятал сумку обратно под кровать.
— Йи покинул город. Уехал из Шужуаня, — сказала Дэйю.
— Что?
— Ты слышал. Он уехал. Ты победил.
— Мы победили. — Я встал. — Хорошие новости…
— Только ты почему-то не выглядишь радостным. Эту жажду нельзя утолить полностью, да?
— Слушай, отвали, а? — Я мягко отстранил Дэйю с пути. — И вообще. Я, помнится, просил тебя выяснить, что это за чёртова Наташа.
— Смирнова, — поправила меня Дэйю.
Я, оказывается, не заметив, выдал эпитет на русском, и Дэйю подумала, что я переврал фамилию.
— Да как угодно.
— Она не продаёт. Покупала пару раз у Энлэя.
— Ясно. Ну, скоро перестанет покупать.
— Да?
— Угу…
Я не стал рассказывать Дэйю, что к Энлэю скоро придёт Ксиаози и передаст привет от клана Ченг. А если что-то пойдёт не так, то потом придём мы с Дэйю, и Энлэй вылетит из бизнеса навсегда. И не только из бизнеса.
— О них ты совсем не думаешь? — спросила Дэйю, следуя за мной.
— О ком?
— О тех, кто останется без дозы. Ты знаешь, на что способны люди в таком состоянии.
— Ну, прости. Я, конечно, могу открыть клинику помощи наркозависимым, да только таких клиник и без меня — полно. А тащить на лечение насильно закон не позволяет.
Можно и свой закон издать, который позволит. Но тут мы опять возвращаемся к предложению Джиана. Дать отмашку — и начать расти. Становиться взрослыми и настоящими. Заниматься не мордобоем, а политикой. Это ведь гораздо эффективнее. Один росчерк на нужной бумаге может быть эквивалентен году партизанской работы.
Политика. Структура. Организация. И в любом случае просочится дерьмо, иначе и быть не может. Внутренняя полиция, собственная безопасность — и так далее, до бесконечности. Ещё одна «вещь в себе», организация, питающая саму себя, лишь бы продлить своё существование как можно дольше.
Я чувствовал волны недовольства, исходящие от Дэйю. Как бы ни связали нас духи, души или чакры, до мира и взаимопонимания нам было ещё далеко.
Перед дверью в комнату Гуолианга, я не выдержал. Остановился, повернулся лицом к мрачной Дэйю и сказал:
— Я не могу контролировать всего, пойми. И никто не может. Мир так устроен, что в нём каждый делает то, что считает правильным, вот и всё. А когда человек начинает думать за всех, увязывать все концы воедино, он становится Киангом. Чего ты от меня ждёшь? Чтобы я на коленке сочинил новую модель прекрасного мира без наркотиков, где не будет никаких противоречий и никто не уйдёт обиженным? Так я этого не могу и не хочу. Пусть кто-то другой выберет себе этот путь — помогать лишённым дозы зависимым. Я буду аплодировать этому человеку и голосовать за него на выборах. Но быть этим человеком мне точно не по силам.
— Ты злишься, — заметила Дэйю.
— Правда?
— Если бы я несла чушь, о которой даже думать смешно, ты бы не злился.
Покачав головой, я толкнул дверь, и мы вошли к Гуолиангу. Как и вчера, он сидел на постели, будто послушный ребёнок в ожидании, когда родители придут читать ему книжку перед сном.
— Лови, старик. — Я бросил ему на ладонь таблетку.
— Можно было подождать хотя бы пару дней, — буркнула Дэйю. — От них легко формируется зависимость…