— Давай поиграем в игру «Я не знал, что ты...», — предлагает он, ухмыляясь мне.
— Очень длинное название. Что это? — спрашиваю, ухмыляясь в ответ.
— Это игра, в которой ты рассказываешь мне о чём-то, что я, как ты думаешь, не знаю о тебе. И поскольку, я почти ничего о тебе не знаю, это будет не трудно сделать. Но в то же время, для меня это хороший способ узнать о тебе побольше, а я очень этого хочу.
Вау. Это очень мило с его стороны. Я тоже хочу узнать о нём побольше. Я просто не очень уверена, что смогу ему открыться.
В конце концов, он сказал, что хочет узнать меня получше. Я испытываю головокружение, потому что это значит, что он хочет больше видеть меня, проводить со мной время. Возможно, это будет не единственным нашим свиданием.
— Ладно. Я играю, если ты тоже, — отодвигаю тарелку в сторону и ложусь на живот, болтая ногами в воздухе. Он наблюдает за мной, и его глаза темнеют.
— Идёт! Ты первая, и если ты скажешь что-то, что я уже знаю о тебе, то ты должна будешь рассказать что-нибудь ещё. То же самое касается и меня. Поэтому, давай попробуй и удиви меня! — Дрю ложится на бок лицом ко мне, подперев голову рукой. Он переворачивает бейсболку, и теперь мне видна каждая черта его красивого лица.
— «Удиви меня». Думаю, отличный вариант для название. Коротко и по делу.
— Ладно, отлично, — он улыбается мне, и бабочки начинаются порхать в моём животе.
— Хммм, посмотрим... Я ненавижу оливки. Я люблю еду, и ем практически всё, но я не могу есть оливки. Я безумно рада, что не живу в Италии. Они же кладут маслины практически во всё?! — я содрогаюсь лишь при неприятной мысли о них, и он смеётся надо мной. Он так много смеялся сегодня.
— Ладно, я рад, что не захватил с собой на ланч антипасто11, — говорит он.
— Да, я тоже. Хотя, я, возможно, съела бы его.
Он немного хмурит брови.
— Почему?
— Потому что ты с такой заботой спланировал всё это. Я бы не хотела задеть твои чувства.
— Поверь мне, это вряд ли задело бы мои чувства. Это просто еда. Но сейчас ты должна пообещаешь мне, что если тебе что-то не понравится из того, что я тебе дам, ты не будешь это есть.
— Обещаю. Ладно, сейчас твоя очередь, — обещаю я, качая ногами из стороны в сторону. Дрю переводит взгляд от моего лица к ногам, а затем возвращается к моему лицу.
— Когда мне было восемь, меня ужалил скат, и прошёл почти целый год, прежде чем я вернулся в воду.
— Что? Не может быть! — он смеётся из-за моего шокированного выражения лица.
— Может. Даже сейчас, независимо от того, могу ли я доставать до дна, я всё время держусь на поверхности. У меня такое ощущение, словно мои ноги из песка.
— Это безумие, Дрю.
— Да. Я слышал о похожих случаях, но никогда не встречал кого-то ещё, с кем произошло такое. Я говорю себе, что это случайность, но, возможно, я так никогда и не смогу полностью расслабляться в воде.
Я не могу справиться с собой и смеюсь.
— Я люблю детективы. Мне нравится то, в каком напряжении они держат, вынуждая задаваться вопросом «Кто это сделал?» Они заставляют мою кровь мчаться по венам, и я не могу оторваться от книги, пока не узнаю ответ на этот вопрос.
Он улыбается мне и наклоняется, убирая прядь волос с моего лица.
— Я прямо вижу, как ты читаешь на балконе, свернувшись калачиком в своём кресле. Это подходит тебе. Когда Бо и я были маленькими, мы очень любили черепашек-ниндзя и делали вид, что мы ниндзя. Конечно, у нас никогда не было мечей, поэтому вместо этого мы притворялись, что наше оружие — наши руки. Вот почему у нас обоих на предплечьях есть татуировка меча. Притворяться, будто мы сталкиваемся мечами, стало нашей фишкой, и мы неизменно ею пользуемся.
— Думаю, это круто. Должно быть здорово иметь брата, с которым дружишь.
— Ты даже не представляешь насколько. Бо для меня больше, чем просто брат. Он мой лучший друг, и я люблю его больше, чем кто-либо может представить, — он разрывает зрительный контакт и смотрит сквозь воду — пора менять тему.
— Что насчёт других татуировок? — эту я увидела лишь недавно. Как-то после утреннего купания, он помахал мне, и тогда я заметила её. Я удивилась, что не заметила её раньше. На внутренней стороне левого бицепса у него написаны какие-то слова. Он замолкает, раздумывая над ответом.
— Освобождение. Что-то вроде этого я чувствую, когда плаваю, будучи полностью свободным. Имеет ли это смысл?
— Да, конечно. Я тоже чувствую себя свободной, когда танцую. Итак, я скажу тебе, что из еды не люблю больше всего... ладно, еда, это то без чего я не могу жить, могу есть целыми днями всю свою жизнь, и если мне надо будет выбрать единственное блюдо в свой последний вечер, то это будет пицца.