1. Янина. Привет, тот свет...
Вы просыпались на столе некроманта? Нет? Ха, а вот я – да! Спросите, как докатилась к таким то крайностям? Да я и сама бы послушала, если бы кто рассказал…
Утро понедельника выдалось так себе – воды в кране не было и на ближайший час не предвиделось, хорошо хоть в чайнике осталось кружки две – зубы почистить, лицо (и второе «лицо» женщины ) ополоснуть и, не выпив положенную норму кофеина, поплестись на работу. Настроение было – не трогайте, тогда не убью. Хотя убивать хотелось. Угрюмый хмырь в троллейбусе наступил на ногу. Черт, больно же как! Потом какая то «мадама» орала мужу в трубку ( и мое ухо), что он кобель и она ему еще яйца оторвет, если застанет с той «крашеной лахудрой». Приличный с виду дедуля с помощью сочных красочных сравнений делился с соседом впечатлениями от лечения геморроя…
Когда, наконец то, добралась в родную контору, голова напоминала улей - там что жужжало и щелкало, время от времени кто то исправно стучал молотком и чего то с визгом пилил. Тараканы ремонт затеяли что ли?! Сами понимаете, я в тот момент была совсем не белой и пушистой. К слову сказать, я такой вообще редко бываю. Статус местной стервы обязывает проявлять характер. Еще в коридоре на меня налетела Люська:
- Янка,- она тяжело дышала, - ой, Янка, чего делается! Я уже привыкла к ее слишком впечатлительной натуре и лениво спросила, выбирая себе в автомате стаканчик живительной влаги под названием «кофе»:
- И чего?
- Ой, Янка, ты что, вообще, ничегошеньки не слышала?! Начальство приезжает сегодня!
- Ну и что? Впервые к нам начальство едет что ли?
- Янка, ну ты! Самое большое, - она тыкает пальцем вверх – самое главное, вот. А ты говоришь…
Да, действительно, это событие. За три года, что я тут тружусь не покладая рук, это впервые такая честь выпала нашему филиалу. Хотя, честь ли?
- Нина Петровна сказала (секретарша шефа, маленькая, сухонькая, но обладающая железным характером и всегда, каким то волшебным способом, в курсе всей информации о решениях на «верху») будут увольнения (она дрожит от переизбытка переживаний)…
- Люська, а тебе то чего так переживать? Люська недоуменно хлопает длиннющими накладными ресничками:
- Ну, увольнения же…
- Ау, проснись Белоснежка в зефире ( она у меня пухленькая, белорозовенькая и брюнетистая по самое не могу, поэтому и Белоснежка), ты же через две недели замуж выходишь. Или уже передумала?
- Тьфу на тебя, - всамделе плюется Люська.
- Я вообще говорю. Все уже почти час переживают, а ты такая…
- И какая? Люську я люблю, поэтому терплю все ее бзики. С интересом жду, с кем она меня на сей раз сравнит. За три года я примерила на себя всю фауну Евразии и половину африканской.
- Такая… Спокойная, как удав, вот ты какая!
- Повторяемся, Люсинда Зефировна, - я допиваю кофе, легонько щелкаю подружку по носу ( она на полторы головы ниже) и по удавьи говорю:
- Ссссейчасссс укушшшшу… Люська прыскает и оглядывается, а то вдруг кто увидит уважаемую Людмилу Васильевну в неподобающем виде. Я легонько хлопаю ее по пухленьком плечике:
-Идем, Люсечка, стройными рядами, поднимать благосостояние нашего начальства, а то и впрям уволят…
Вот как в воду смотрела. Нет, все началось почти весело. Приехало начальство – молодой такой мужчина, импозантный, можно сказать, даже красивый. Наши девушки на выданье завздыхали, зашушукались, начали мыло краснеть и хлопать глазками с приклеенными ресницами. Начальство, то бишь, Антон Петрович Грязев, благосклонно оглядел наш курятник и пригласил всех на небольшой корпоратив. Все начали чистить перышки, а вдруг подфартит и…
Ну, сами понимаете, все девочки в детстве читали сказку или смотрели фильм о том, как повезло Золушке заарканить принца. Помады, тушь, заколки, духи, туфли на тоненькой шпильке, верхние пуговицы блузок – весь ядреный арсенал женских уловок был взят на вооружение. В отделе вскоре дышать стало нечем – смесь лака для волос, духов и дезодорантов дала такой убойный результат, что пауки, комары и вся летающая и ползающая братия словили кайф ( как, впрочем, и некоторые золушки).
А я как то выпала из всеобщего ажиотажа – договоры оформить ( на собиралось аж семь штук), накладные подписать, тоже куча мала на столе образовалась, заявки на стройматериалы подать… Вот и вертелась как белка в колесе. Начальство засело в кабинете моего непосредственного шефа, сидело себе, попивая кофий ( по словам Нины Петровны – уже третью чашку изволили выкушать) и уплетая торт да пирожное.
Что новое начальство мне не понравится, от слова «совсем», поняла, когда забывшись, влетела в кабинет шефа, что бы подписать «горящий» договор – на столе сидела наша офисная «багиня» Надечка и позволяла «прынцу» намного больше, чем в свое время Золушка настоящему принцу на балу. Мне было наплевать на «прынца» и современную золушку, поэтому вылетела оттуда со словами: