Я вдруг осознаю весь ужас своего положения – я, одна, ночная длинная дорога в каком - то чужом и страшном, совсем непонятном мире и у меня здесь нет ни единой родной души. Даже знакомых нет. Господи, что это за ужас творится с моей жизнью? Кому я, простая, обычная девушка причинила такое зло, что бы меня вот так наказать? За что мне все это? Я пытаюсь подняться на ноги, с невероятным трудом мне это удалось. Но, как только приняла вертикальное положение, закружилась голова, меня повело, и я снова рухнула на землю. В угасающем сознании мелькнуло - хорошо, что упала на обочину, а то по дороге всякое может ездить, еще раздавят. Кто то там, наверху, на небесах, сжалился надо мной и я потеряла сознание…
Сколько так провалялась, в пыли и на холоде, Бог весть. Пришла в себя от холода и того, что кто - то тщательно и нежно вытирал мое лицо влажной, теплой тряпочкой и, вроде бы, даже плакал, смотря на мои раны. Я приоткрыла глаза и задохнулась от немого крика. Надо мной, вылизывая мое лицо, шею и руки стоял огромный волк. Это он так жалобно повизгивал и снова облизывал мое лицо от засохшей крови. Черная ( насколько я могла судить в свете уже убывающей луны) густая шерсть, большущая голова, длинный, теплый и мягкий язык…
И, умный, сочувствующий взгляд серебристых глаз. Он жалел меня. Здесь, в этом чужом, страшном мире, единственный, кто пожалел меня, был волк. Дома все сказки о волке были страшными, а тут вот… такой неправильный волк мне встретился. Меня пробило на смех. Я давилась, булькала хохотом, а потом тихо скатилась в истерику, захлебываясь плачем, сжавшись в комочек, завывая как банши в шотландской пустоши. Волк тихо улегся рядом и я нисколечко не боясь, запустила пальцы в густую теплую шерсть, прижалась всем телом, спрятала лицо и затихла, обессилив от криков и плача…
2.Таймар Теон риа Дайшен. Плохая репутация…
Академия стихий королевства Теон. Резиденция ректора.
На развороченной, в пятнах крови, постели спал обнажённый мужчина. Солнечный лучик заглянув на мгновение в комнату, пробежал по широкой смуглой спине, задержался на рваном рубце на боку, на миг зажег синие блики в густой массе черных, как безлунная ночь, волос покрывавшим шикарным покрывалом часть спины до поясницы, прыгнул на упругую ягодицу, протопал по длинной крепкой ноге и убрался восвояси. А мужчина и не думал просыпаться. Спина мерно поднималась от каждого вдоха – выдоха, одна рука расслаблено свисала с кровати, другая стискивала пухлую подушку так, что из за нее было видно только высокий чистый лоб и красиво изогнутую бровь. Никто не смел его будить. Этот длинный глубокий сон мужчины был сродни чуду. Ведь уже почти сотню лет его мучили кошмары, и спал он всего несколько часов в сутки. Поэтому в башне царила идеальная тишина.
Таймар Теон риа Дайшен, ректор Академии стихий королевства Теон, младший брат короля Иторра и один из самых сильных демонов - стихийников спал уже восьмой час. Новость об этом облетела весь дом. Домоправительница Шаима, не спускавшая подчиненным и минуты лени, на радостях приказала всем спуститься на первый этаж и сидеть тихо – тихо. У всех от слова «сидеть» глаза на лоб полезли, а иные даже своим ушам не верили и, переспрашивали у соседей, верно ли они услышали, что сама Шаима сказала «сидеть тихо»…
Когда солнце поднялось достаточно высоко, а часы показывали уже почти одиннадцатый час мужчина начал проспаться. Лениво повернулся на спину, потянул на себя одеяло, прикрыв бедра и, не открывая глаз громко позвал:
- Шаима! Женщина, караулившая под дверью уже четвертый час, тут же отозвалась:
- Я слушаю, мой илиал.
- Войди.
Домоправительница осторожно открыла дверь и вплыла в комнату, держа в руках поднос с большой кружкой травяного отвара, который, она знала по опыту, хорошо помогал хозяину после выпивки ( а вчера он выпил чуть ли не ведро катты, поэтому и кружка отвара, по величине, скорее напоминала кувшин) и только тогда подняла глаза на хозяина. Тот смотрел на нее насмешливым взглядом синих глаз:
- Только ты знаешь, что мне нуж…
Он не успел договорить, лицо служанки вытянулось, глаза расширились, и поднос с грохотом полетел на пол.
Мужчина резко встряхнул волосами, привычно закрывая ими левую половину лица. Глаза больше не смеялись. Холодный, надменный взгляд, сурово сжатые губы, ладони, стиснутые в кулаки…