- Не раньше, чем я получу свое…
Мне так страшно никогда в жизни не было. Я не хочу отдавать «свое» этому сумасшедшему. Для меня «первый раз» должен быть совсем не таким. Я выгибаюсь и, поджав ноги, отталкиваю этого придурка. Быстро скатываюсь с постели и мчусь к открытой двери. Но… он еще быстрее и вот, я снова брошена на, сбившееся кучей, одеяло. Это чертово ложе сильно пружинит, я взлетаю в воздух и в свете луны вижу перед собой уже не человека, а громадную фигуру нелюдя. Глаза пылают красным, голый торс, по которому змеятся пряди длинных волос и… ненормально большое достоинство между ног. Нет! Ни за что! Я НЕ ХОЧУ «ЭТО» В СЕБЕ! И я кусаюсь, царапаюсь, извиваюсь и кричу так, что у самой закладывает уши от силы звука. А это чудовище только рычит и на каждый мой выпад еще сильнее вдавливает мое тело в матрас. В какой - то момент он изловчился и буквально распял меня, прижав руки высоко над моей головой, а сам улегся мне между ног, упираясь там своим… орудием для пыток. Нет, нет, я НЕ ХОЧУ! Он наклоняет лицо ( или морду, плохо вижу в ночной тьме) и… я что есть мочи лбом бью в эту мерзкую харю. Он рычит, как дикое животное, мотает головой, и волосы отлетают в сторону… Я визжу так, что в груди вспыхивает огонь – мне в лицо бешеными красными глазами смотрит Терминатор. Пол лица в жутких шрамах, кожи почти нет, и глаз просто торчит из глазницы, держась каким - то странным способом на месте…
Я захожусь в диком крике, а чудище рычит и одним движением когтистой лапы рвет на ленты остатки моей «тоги» из простыни. А далее… далее мой крик захлебывается в потоке такой боли, в «объятиях» которой о смерти мечтают как о избавлении. Мне так больно, словно таз разорвали пополам, а насильник урчит от удовольствия и вторгается в меня с методичностью робота – тарана. С каждым его движением мой живот рвет умопомрачительной болью, и я молю богов этого жуткого мира забрать сейчас, сию минуту мою жизнь. Апофеозом этого кошмара стает урчание этого монстра:
- Вкууусная! – и мое плечо с хрустом сминают сильные челюсти. Хрустят перекушенные кости, фонтаном бьет кровь и я, наконец то, теряю сознание с мыслью что теперь меня еще и сожрут. Да, не задалась в этом странном мире моя судьба попаданки...
Продолжение 01.08
Очнулась от пинка в бок. Надо мной склонилась Шаима.
- Чего разлеглась? Давай, уходи отсюда. Когда илиал проснется захочет повторить, а ты совсем никчемная… Еще сдохнешь здесь, убирай потом за тобой… Никудышная из тебя итта.
Она немного отступает, тусклый шарик света тянется за ней вслед. Господи, она и в аду будет меня преследовать? Трогаю пальцами поверхность, на которой лежу – пол, каменный холодный пол. Так вот почему мне кажется, что я не чувствую тела, а оно просто окоченело не хуже мертвого. На головой слышится тихий храп спящего мужчины, он начинает шевелится, и для меня это стает лучшим обезболивающим. Не дай , Бог, проснется и захочет продолжить…
Я стиснув зубы ( кажется, они сейчас начнут крошится, больно ужасно) осторожно поворачиваюсь на бок. Кровь засохла на моем теле и, с легким шорохом, осыпается от моих движений. Шаима только смотрит на мои мучения, не делая ни шага, ни движения, что бы мне помочь подняться. Кое как встаю на четвереньки, из прокушенной губы течет кровь ( Господи, как же больно), но я заставляю себя делать все это даже без самого маленького стона. Повторно такого я просто не переживу. Рука болит так, словно ее откусили напрочь. Мое тело сотрясает крупная дрожь. Как встану на ноги без помощи не представляю, но просить о помощи не хочу.
Правда, помощь приходит. Кто - то подходит ко мне легким, почти неслышным, шагом и Шаима приказывает:
- Выставишь эту дрянь и уберешь здесь все … Она уходит, что то еще бормоча о всяких дурах, вешающихся на илиала.
Я стою на четвереньках, руки и ноги дрожат так, что вот – вот хлопнусь лицом в пол. Не вижу того, кто остался рядом со мной. Оказывается, это совсем молоденькая девушка. Высокая ( или это мне снизу, в темноте, так кажется), тоненькая, с длинной светлой косой. Она наклоняется надо мной, а я инстинктивно сжимаюсь, ожидая удара. Но нет, девушка обхватывает меня под грудью тонкими, удивительно сильными руками:
- Вставай, миленькая, вставай. Вот, так, давай. Я помогу. Вставай, тебе надо уйти отсюда. В ее голосе столько сочувствия и жалости, что мне хочется зареветь в голос. Она, видимо, чувствует мое судорожное дыхание, и как я пытаюсь не отпустить реку слез.
- Нельзя, милая, нельзя. Потерпи, я выведу тебя отсюда. Потерпи еще немножко. Не плачь, не дай Бог, он проснется! Ее встревоженный, полный сочувствия, шепот действует на меня отрезвляюще. Мне надо выйти из этого ада. Я не знаю куда пойду, где спрячусь, но здесь я не останусь, здесь я умру. Кое как мы подходим к двери. Я оглядываюсь – в тусклом свете вижу тело обнаженного мужчины на развороченной, в кровавых пятнах, постели. Он спит на животе, темные волосы укрывают спину и ложе, одна рука свисает вниз. На ней высохли подтеки моей крови. Пальцы вдруг сжимаются, словно и во сне он еще держит меня за горло… Меня накрывает такая волна ужаса, что я спотыкаюсь на ровном месте.