— Успокойся, — Морра обвила крепкий мужской торс руками. — Все хорошо. Ты главный, мы оба это знаем. И я без ума от твоего шрама, он дико сексуален. Ну?
Том не слышал ее. Его сильно задели тон, и фраза Вика, сказанная как бы между прочим. Новичок откровенно бросил вызов, и сделал это на глазах у его самки, специально подначивая конфликт.
— Он к тебе приставал? — тон был ледяным.
— Нет, мы просто болтали, — женщина решила не усугублять.
Морра поцеловала своего мужчину, стараясь отвлечь, но Том все еще смотрел на дверь и думал. Он почувствовал, что этот наглец доставит уйму проблем в будущем. И нет, он впервые не приревновал — он почувствовал прямую угрозу для всех. Какого черта Вик здесь оказался?
Вик пришел раньше назначенного времени; стоял на лестнице, глядя вдаль на домики, и размышлял о своем.
Высший выбрал его для Беты, далеко не из-за положительных качеств, были и более достойные кандидаты. Это Совет принял решение, запустить маленькую толику человеческой плесени, в такое тихое и приятное место как Бета. Им хотелось посмотреть, справятся ли человеки и с этой трудностью. Не даст ли она метастазы в сердца других. Один такой человек был песчинкой, всего лишь очередным испытанием, но Вику было не положено это знать.
Перенос в Бету, и крах прошлого мира Вик воспринял безразлично, как преступник воспринимает переезд из одной камеры в другую. В своем старом мире Вик был далеко не маменькиным сынком. Мать свою он ненавидел за мягкость, и то, как она меняла мужчин вокруг себя. Чем старше она становилась, тем больше лиц мелькало перед мальчишкой. Все его детство прошло среди людей, чье прошлое вызывало много вопросов, а честность и доброжелательность была под большим сомнением. И единственное, что мальчик довольно быстро уяснил: на этом можно и нужно делать деньги, так как именно в деньгах кроется великая сила. Такие «отцы» всегда от чего-то прятались, и готовы были дорого платить за свободу и молчание. Иногда почти всем, что у них имелось. Мальчишка шантажировал, угрожал, а впоследствии и психологически насиловал таких неудачников, оказавшихся на обочине жизни. Его занимало врать представителям власти, выгораживая очередного папашу за большой пакет конфет или игрушку. Потом за деньги. Неудивительно, что Вик впоследствии выбрал соответствующую профессиональную стезю. Это было очевидным следствием. Будучи весьма хладнокровным, расчетливым, с огромной жаждой денег у него все получалось легко. Он видел лазейки закона, чуял их словно ищейка, и с удовольствием все подминал под себя. Ему не единожды приходилось доставать из-за решетки отпетых негодяев, но он не сильно переживал из-за нравственной стороны вопроса, лишь бы платили. Если же плата за его услуги казалась недостаточной, с еще большим удовольствием, Вик выкручивал дела под огромные тюремные сроки, которые изначально даже не предполагались. Продавая свою линию защиты, он становился богаче, иногда сажая ни в чем неповинных людей.
Деньги и власть. Если первое в Бете отсутствовало, он решил, что тогда ему нужно второе, и в полной мере, даже не до конца понимая — «зачем?». Местные ничего кроме презрения у него не вызывали с первого же дня. Добрые, отзывчивые в своем большинстве,— Вик воспринимал их как как тупое, замаскированное зло. И поняв, что вряд ли он будет искать себе здесь друзей, мужчина решил развлечь себя приобретением власти над этими безвольными существами. Вычислить «главного» труда не составило, воля случая, да и подвернувшаяся распутная девица, которую он приметил в первый же день, с длинным языком, и самым прекрасным домом. Ивис рассказала про здешнее устройство, про обычаи, про людей. Рассказала про неизменное трио, которое взяло все заботы на себя, после того, как в Бете начали происходить изменения. Рассказала о Томе, присудив ему корону лидера, которую он взял у Аида, и с достоинством держал. Рассказала и про Морру. Ивис описывала ее как злобную стерву, лишенную всего человеческого. Вик сначала даже поверил, поэтому ждал увидеть обиженную жизнью бабищу: слишком замученную, чтобы тянуть на себе заботы о других, и слишком уродливую, чтобы походить на женщину. К своему удивлению, он ошибся, хотя обычно полагал, что не ошибается. Почти с первого взгляда он испытал вполне объяснимое влечение к Морре — любая красивая женщина обязана попасть в его постель. Ему страстно захотелось добавить брюнетку в список своих трофеев, таких, которых вспоминают в компании, говоря о них: «она в постели что надо». И видимая неприступность красавицы, в день знакомства, его больше раззадорила. И меньше всего он ожидал сразу столкнуться с ее дружком, желая оставить это знакомство на десерт.