— Что это такое?
Пышка проследила за взглядом:
— Капельница, из мира Ольги. Она собственно в свое время и озаботилась тем, чтобы у нас тут была мало-мальская медицина. Насколько помню, потом Вербер появился, и они нашли друг друга в этом деле, — Афилиса шарила по ее шкафам, и наконец нашла, что искала. — Вы что совсем ничего не едите? У вас полные полки!
— Едим, просто я же на Кухне была постоянно, да и Том… — Морра всхлипнула.
— Только не плачь, все с твоим Томом будет хорошо, — Афилиса открыла пакет печенья. — Можно я возьму пару упаковок?
— Можешь все забрать, я не рискую есть то, чего не знаю.
— Всегда что-то новое зато, ты попробуй, много теряешь, — девушка дружелюбно рассмеялась, и похлопала себя по мягеньким бокам, — например жирочек. Люблю сладкое, ничего не могу с этим поделать, — она с аппетитом надкусила хрустящее печенье. — Попробуй!
— Мне нравится твоя фигура.
Морра уже немного знала девушку. Сначала она избегала общения, полагая, что Афилиса такая же, как и ее лучшая подружка Ивис, но приятно ошиблась. И они время от времени встречаясь на Кухне болтали на всякие темы.
— Максу тоже, но знаешь, когда я смотрю на таких как ты, или Ив, думаю, что стоит сбросить немного веса.
Том тихо застонал, не просыпаясь, и Морра сразу дернулась к нему, но Афилиса ее опередила, успокаивая на ходу:
— Все в порядке, успокойся ты уже. Он будет жить. Ему больно, а сильных препаратов у нас, оказывается, нет.
— Я не хочу, чтобы ему было больно, пусть лучше больно будет мне, — у женщины снова выступили слезы.
— Морра, ласточка моя, — Афи колдовала над Томом, осматривая его, — не плачь, спокойна будешь ты — спокойнее будет ему. Я когда, — она вернулась за стол, — работала у себя там, в своем мире, ухаживала за больными, то уяснила: чем больше переживали родственники, тем тяжелее поправлялся человек.
Понимая, что ее слова не возымели эффекта, Афилиса присела перед Моррой на корточки, взяв оледеневшие руки в свои мягкие теплые ладони:
— Я тебе обещаю, сладкая, все будет у вас хорошо, ты только помоги ему. И мы тебе поможем, даже не сомневайся.
Она хотела утешить Морру, но ее слова женщина восприняла иначе, и вновь заплакала:
— Спасибо тебе, спасибо… не знаю, как буду благодарить вас… спасибо…
— Ты бы если могла, поступила так же, я не сомневаюсь. Ты очень хорошая, — девушка крепче сжала ее руки. — До тебя, на той же Кухне, был бардак, а ты навела порядок. Мока тебе благодарен за это, ты — нам. Видишь, круговорот благодарности в природе!
Морра жевала губу, и никак не могла собраться с мыслями. Когда у нее получилось, она смогла только выдавить из себя:
— Мока хороший парень.
— Мока отличный парень, только стеснительный очень. Он до сих пор побаивается общаться с девушками. Замечала как он забавно смущается? — она изобразила его смущение, скрестив ноги и руки, и вжимая подбородок в шею, и Морра наконец-то слабо улыбнулась.
Афилиса вернулась на место.
— Почему он один?
— Он любит Ивис, уже давно. И собственно, это самая большая его проблема. Она спала с ним, и еще, — Афилиса поморщилась, — с десятком других, а ему сказала, что все это несерьезно, и ей никто не нужен. Ой, извини…
— Ничего.
— Я ей говорила, чтобы она оставила Тома в покое! Правда! Я на твоей стороне, если что… — девушка стушевалась.
Да и Морре тема была крайне неприятна, но вспомнив, как оттаскала Ивис за патлы, она зло ухмыльнулась. Раскаяние не мучило. Заметив, что Афилиса с непониманием смотрит на нее, перестала ухмыляться, и пожала плечами:
— Не будем об этом.
— Как скажешь, — пышка уже выпила весь свой чай и подлила себе еще, — а ты помнишь как познакомилась с Томом?
Морра задумалась. Как же неохотно ее мозг пытался проникнуться более глубокой сутью вещей, которые она ранее не желала даже близко анализировать:
— Нет. Он всегда просто был рядом, и все.
— А он ухаживал за тобой?
— Нет, а как это? — каждый новый вопрос рождал в ее голове список, состоящий из пунктиков, которые следовало обдумать. Ей определенно захотелось все куда-то записать, чтобы случайно не забыть. На память Морра решила пока не полагаться.